Конрад оборвал себя на полуслове.
– Оно придет и за тобой, Леша, – сказал он зловеще. – Добро оно или Зло, а может, ни то ни другое, но оно придет за всеми нами!
Тело мага качнулось, надломилось, он всхлипнул. Леша с ужасом понял, что ни разу не прикасавшийся на его памяти к алкоголю маг пьян в стельку.
Тускло светил торшер. Беляев сидел в кресле, завернувшись в колючий клетчатый плед, и курил какие-то ментоловые сигаретки. Свои кончились, а других у Ленки не оказалось. Сама хозяйка ментоловой дряни мирно посапывала на огромной кровати. Одних после активных баталий под одеялом тянет покурить, других потрепаться, а Ленка всегда быстро отключалась.
Теперь она лежала перед ним. Спящая, еще более беззащитная, чем прежде. Алексей мысленно сорвал с нее одеяло.
«Миленько, – лениво подумалось ему. – Я могу делать с ней все, что пожелаю. Тем более что за это мне и платят».
Так же мысленно он опустил одеяло обратно.
Беляев горько усмехнулся и с остервенением вдавил окурок в донышко пепельницы. От ментоловых сигарет во рту остался дурной привкус. Леша потянулся за стаканом с минералкой и…
Он судорожно отдернул руку. В голове понеслись обрывки мыслей, сердце забухало, как кузнечный молот. Сквозь стенки стакана отчетливо проступили мутные очертания человеческого черепа. Черепушка оскалила беззубый рот и исчезла.
«А может, и не было ее, – успокоил себя Алексей. – Нервы, разболтавшиеся нервы и расшалившаяся фантазия. Больше нечему, ведь не ширяется, не курит, не глотает таблетки, не пьет даже. Просто отпечатки пальцев и губ на стенке бокала. Вот и все».
Леша взял стакан, налил минералки и выпил одним глотком.
Спина хрустнула, когда он поднялся с кресла, потягиваясь. Плед клетчатым бугром опал на сиденье. Леша повернулся к кровати, сделал шаг.
И буквально окаменел. Лена лежала, отпихнув одеяло, по-детски подложив руку под щеку и свернувшись калачиком. На лице ее, полном покоя, лежала безмятежная улыбка. А на шее красовалась, сжимая кольцо за кольцом, огромная темная змея.
Алексей сглотнул, судорожно попятился. Под колени сзади ударило что-то, и он повалился назад, в кресло.
«Поручень, поручень кресла, вот что меня повалило, – прыгнула в голову бестолковая, но абсолютно точная, как в анекдоте, мысль. – При чем тут… змея!»
Страшная гадина открыла огромный, совсем не змеиный, а скорее кошачий глаз, зыркнула на него. Пасть твари раздвинулась, обнажая в ухмылке ряды ровных белых зубов. Таких у змей тоже не бывает!
Змеюка, словно подтверждая его мысли, разулыби-лась еще шире. И тогда Леша закричал. Гадина вспыхнула синим пламенем и исчезла. Ленка подскочила на кровати, глянула ошалело.
– Что случилось? – спросила сонным еще голосом.
– Я… задремал в кресле, – пробормотал Беляев. – Заснул… сон дурной… кошмар приснился. Только и всего.
– Иди сюда, – позвала она.
– Нет, я пойду. – Алексей почувствовал, что готов бежать. Шарахаться от Ленки и ее жуткой… кого? Беляев не смог дать ответ.
– Куда?
Леша промолчал. Зазвонил телефон. Ленка тяжело вздохнула, сняла трубку:
– Алло. Да, я… Нет… А кто это?.. А-а-а, привет… Подожди секунду.
Она быстро зажала трубку рукой, спросила конспиративным шепотом:
– Ты здесь?
– А кто это? – поинтересовался таким же шепотом Леша.
– Конрад.
Беляев протянул руку, получил трубку, прижал динамик к уху.
– Даже если б она сказала, что тебя нет, я все равно бы не поверил, – приветствовал его голос мага.
– Откуда ты взял, что я здесь? – спросил Алексей.
– Я маг или не маг?
– Кончай уже, – поморщился Леша. – Прибереги свои шуточки для тех лопухов, которые верят во всю эту ахинею. Чего хочешь?
– Приезжай, – просто ответил Конрад. – Я не могу больше. Я чувствую, что это где-то рядом. Если ты не приедешь, то я свихнусь здесь.
«Если я не приеду, то и сам свихнусь здесь», – подумал Беляев, но в трубку только поинтересовался:
– Кто там у тебя где-то рядом?
– Это… – начал было Конрад, но замолчал. – Не важно. Приезжай.
– Сейчас оденусь и приеду.
– Лови тачку! – крикнул Конрад в опускающуюся уже трубку. – Я заплачу.
– Хорошо, – буркнул Алексей, которому снова пришлось возвращать трубу к уху. – До встречи.
На этот раз в трубке запищало, но Леша вешать ее не торопился. Так и держал в руке, тупо глядя в пространство.
– Что случилось? – спросила Ленка.
– У него там крыша едет.
– Поедешь?
