Изабель не хотела разглядывать тело, но заставила себя это сделать. В шею Джейсона впился большой осколок. Судя по количеству крови на теле, на рубашке и ковре, она догадалась, что стекло перерезало артерию. Его глаза – такие же зеленые, как у Бо, но менее насыщенного оттенка, как будто кто-то разбавил цвет радужки, – смотрели вверх с безжизненным удивлением.
А вот и еще одна дерьмовая случайность за этот совершенно дерьмовый день…
Она не была уверена, погиб ли Джейсон по случайности или это было преднамеренное убийство. Но Том уже сбежал, и только ветер задувал в открытое окно, через которое он, видимо, и скрылся. Скоро он позовет кого-нибудь на помощь и здесь будет полиция. И если к этому моменту они с Бо не уберутся отсюда, то проведут в тюрьме остаток жизни.
Изабель провела рукой по лицу, осознавая безрадостное положение вещей. И, вероятно, худшим во всей этой истории было то, что она сама во всем виновата. Именно она привела весь механизм в действие.
Сначала притворилась, что готова следовать плану Бо. Она и сама не знала почему, ведь ей же не хотелось в этом участвовать. Бо всегда имел над ней какую-то власть, он умел заставлять ее делать то, чего она не желала. Раньше все ограничивалось мелочами: например, Бо мог заставить ее флиртовать с продавцом в супермаркете, пока сам крал из холодильника упаковку пива.
Ли позвонил ей на следующий вечер после их встречи в «Кэпитал Гриль» и пригласил ее на ужин во французское кафе «Булю» в отеле «Бразилиан Корт» в Палм-Бич. За порцией птифуров Ли ненароком упомянул, что забронировал номер, и Изабель, к тому моменту уже захмелевшая от хорошего пино-нуар, согласилась подняться к нему. На третьем свидании Ли признался ей в любви. На пятом объявил, что собирается уйти от Марлоу. И через несколько месяцев он подстроил все так, чтобы она могла переехать в Шорхэм и быть ближе к нему. Он снял для нее квартиру с видом на океан недалеко от своего офиса и навещал ее так часто, как только мог.
Но от Марлоу Ли всё не уходил. Сначала он придумывал оправдания – момент неподходящий, надо подождать, когда близнецы пойдут в колледж. Но в конце концов он признался – дело было в том, что все деньги принадлежали Марлоу. Он неплохо зарабатывал, но после разрыва с Марлоу доступ к внушительному капиталу, на который они жили вдвоем, будет для него закрыт.
А Изабель особо и не возражала. В течение тех месяцев, когда она работала с Марлоу и трахалась с ее мужем в квартире, за которую он же и платил – от злости она придумала историю о повышении арендной платы, – она приняла решение, что не выйдет замуж за Ли. Он нравился ей больше, чем она думала. Ли был умен, эрудирован и оказался более опытным любовником, чем она могла предположить. Но постепенно у Изабель закралось подозрение, которое вскоре разрослось как инфекция, – Бо всего этого просто не стоит. Она сама внушила себе какое-то иллюзорное представление о нем, о том, что они должны быть вместе, и превратила его в цель всей жизни. Но неужели ей и правда хотелось провести всю жизнь с мужчиной, начисто лишенным амбиций, серьезного отношения к работе и готовым превратить собственную девушку в проститутку ради денег? Нет, ей этого не хотелось.
Она сказала Бо, что ей надо с ним увидеться, и уже собиралась объявить ему, что с нее хватит. Изабель решила вернуться на работу в галерею или найти что-то другое в той же сфере, а потом просто жить дальше. Работать придется много, но она к этому привыкла. По крайней мере, это честный труд, а Бо из ее будущего в таком случае исчезнет. Они договорились, что он приедет к ней в Шорхэм в тот выходной, когда Ли окажется с семьей за городом. Дэвисы собирались съездить посмотреть возможные колледжи для близнецов.
За день до отъезда Ли зашел к ней. Изабель хотела разорвать с ним отношения, но не могла этого сделать, пока не найдет другое жилье. Когда они лежали в постели, а в комнату проникали лучи полуденного солнца вместе с тихим рокотом набегающих на берег волн, Ли сказал:
– У меня есть идея.
Изабель повернулась к нему, и волосы рассыпались по ее обнаженным плечам. Она знала, что он любит ее именно такой – когда она лежит рядом с ним, растрепанная и обнаженная.
– И какая же?
– Ты знаешь, как продать картину на черном рынке? – спросил Ли. – Или такое бывает только в кино?
– Нет, такое бывает даже чаще, чем ты думаешь. Многие предпочитают покупать и продавать произведения в обход официальных каналов. Чтобы уйти от бесконечных налогов.
– И ты знаешь, как выйти на дилеров, чтобы провести такую сделку?
Изабель задумалась над его вопросом.
– Возможно. А почему ты спрашиваешь?
– Я думаю, мы должны продать эскиз Сезанна, – сказал Ли.
Изабель потянулась и села.
– Ты о чем?
Изабель знала о рисунке Сезанна по работе с Марлоу. Он должен был стать жемчужиной коллекции Бондов. Чтобы выделить его из остальных произведений, Изабель даже предложила повесить его отдельно на стене в новом крыле музея.
