– Да, – она довольно вздёрнула свой носик, – только тебе показать не успела.
– Завтра покажешь, на занятиях.
Мне нравился Радомир и я могла себе в этом признаться теперь, уходя от него. Но позволить приблизиться Ксюше к нему, чтобы ребёнок почитал князя за отца, это неправильно. Я всего лишь приглашенная на очень хорошую оплату учительница, а она моя дочь. И из этих рамок надо постараться не выходить, как бы ни хотелось. Так будет легче и мне, и малявочке.
Мы спокойно прошли по коридору, миновав основной вход и почти приблизившись в нашей комнате, встретили Акулину. Она поздоровалась сквозь зубы и скорее демонстративно отвернувшись, отправилась куда-то с корзиной белья. Ксюша не обратила на неё ровно никакого внимания, а я просто вскользь кивнула, занятая своими переживаниями. Выйдя из класса, я спиной почувствовала тяжелый взгляд оборотня, и сейчас даже казалось, что он идёт вслед за нами и смотрит мне между лопаток.
Несмелый стук в дверь нарушил наше уединение, и вынырнула из своих переживаний.
– Войдите!
– Леди, – в дверях стоял переминающийся с ноги на ногу Ярополк, – я пришел спросить, будут ли сегодня занятия.
– Доброго тебе дня, Ярополк, – поприветствовала я его, наблюдая, как княжич смотрит вовсе не на меня, а на Ксюшу, делающую вид, что весьма занята своим рисунком для Марфы. Скелет человека дочь решила изобразить и вот теперь сидела и пыхтела над этим вопросом. – Проходи к нам. Ксюш, оторвись от занятия! Иди знакомиться! Это Ярополк, младший сын князя Радомира.
– Он самый, – кивнул мальчик с весьма важным видом, – эта девочка ваша дочь?
– Ксения Хадерсон, – маленькая изобразила книксен не менее важно и с интересом уставилась на мальчика, который был выше её примерно на полторы головы.
– Так, ну что же, раз есть желание заниматься прямо сегодня, а надо сказать, меня это более чем устраивает, то пойдёмте в класс!
– Ой, я забыл сказать, папа просил передать, что через час ужин! – встрепенулся мальчик. – Может, занятия завтра с самого утра? А то ещё у меня сегодня тренировка.
– После еды? – удивилась я, ведь раньше в институте нам никогда не давали физические нагрузки после обеда. Может быть, он нарочно откладывает встречу с розгами?
– Леди, – улыбнулся мальчик, отчаянно копируя своей манерой старшего брата, – зверь не должен иметь пузо, иначе даже толстый дуб сломается под его весом.
– Понимаю, – я учтиво кивнула, признавая, что ничего-то в рысях не смыслю.
***
Оборотень смотрел вслед уходящей из класса паре и не понимал. Чего он сейчас сделал такого, что могло задеть эту леди?
Строптивая!
Первое слово, что пришло на ум. Ведь он хочет как лучше, хочет, чтобы девочка не чувствовала себя лишней в их отношениях.
Звериная голова, в каких отношениях? Их пока нет, а” работодатель – работница”, это не то, где должен присутствовать маленький ребёнок.
Рысь заскреблась, просясь наружу, ей срочно надо было подбежать к паре, положить лапу на колени Яре и посмотреть в глаза. Хотелось околдовать, свести с ума и заставить принять себя таким, какой он есть. Но человек не мог этого позволить, да и зверь не хотел насилия. Ему нужно, чтобы его любили, а не существовала лишь эта естественная мощная привязка одного к другому.
Он смотрел ей в след, одновременно прокручивая весь состоявшийся между ними разговор. Мужчина не мог заставить рассказать её о прошлом, чувствуя, что она боится его, избегает всех упоминаний. Радомир вовсе не был готов нанести своей паре такой вред. Кто знает, что она сделает завтра, если прошлое все – таки выплывет наружу. Увидеть её спину, понять, что Яра уходит, не как сейчас, а навсегда, он вовсе не готов.
Что-то всплыло из разговора, но Яра тут же замолчала, поняв, что позволила себе лишнего. Сегодня вообще был днём даже каких – то мини откровений. Он точно знал, что у Ярославы был добрый отец, который даже в целях воспитания не бил свою дочь (узнай сейчас об этом князь, то точно наказание свершилось бы относительно этого человека). Ксюша была непоседой, а вот этот момент очень грел душу, и оборотень даже представлял её, очень похожую на мать. Только глаза у леди зеленые, а у ребёнка с глубокой синевой. И, если он правильно понял, девочка даже не знала своего отца.... И пусть это неправильно, но это даже лучше. Радомир готов стать им, заменить его, лишь бы Ярослава не чувствовала, что он может испытывать к этому маленькому солнышку неприязнь.
– Пап. – Ярополк деловой походкой приближался к отцу и на сердце потеплело. Яра с ним хорошо ладит, и оборотень надеялся, что и у детей не возникнет проблем.
– Да, сын. Ты куда-то торопишься?
– Мне сказали, что леди уже приехала. Это правда?
– А ты втяни носом, – Радомир посторонился, давая возможность ребенку зайти в класс, присмотреться и все проанализировать. – Ну что?
– Пахнет леди и ещё чем-то сладким.
– Так и есть, – усмехнулся довольный оборотень, – но есть еще запахи. Как-нибудь, с этим разберемся.
– А какая она, эта девчонка? – старательно равнодушный тон не мог скрыть любопытства ребёнка. – Правда, что маленькая?
– Ты старше и выше.
– Она будет тут жить?
