Перво-наперво он отправил своих агентов к бывшему мужу своей жены, к Георгу Огарёву, но ничего необычного, ничего, что могло бы указать на происки мужчины, не нашел. Более того, этот негодяй женился и пребывал в добром здравии и весьма хорошем расположении духа - двоих сыновей родила ему новая жена. Слуги, которым в трактире плескали щедро вино поговаривали, что хозяин не брезгует шлюхами из борделей, а иной раз приводит некоторых к себе домой, но настоящая жена в этом спектакле не участвует. Благоразумно уходит гулять с детьми или не выходит из своей спальни. Какая покорность! Вероятно, этот мужчина искал такую, покорную во всём или слишком умную, ведь Георг, по словам Ксении и прибывших осведомителей весьма богат. А, как известно тише едешь, дальше будешь.
Ничего и нигде.
Но если нет её тела, значит она жива, значит, нет смысла отпевать и устраивать поминки и условные похороны, складывая все вещи, любимые платья в закрытый гроб и закапывать в землю, чтобы потом приходить именно к этому холмику, бугорку с единственной целью-поговорить, страдать.
Нет, для этих самых нехитрых и душещипательных целей у него уже был немой собеседник-портрет Ксении в полный рост и небольшая миниатюра, а так же несколько небольших рисунков, которые он сам выполнил в карандаше.
А ещё и дочь, что с каждым годом взросления становилась всё более и более похожа на мать и только зеленые глаза, вероятно, могли принадлежать ненавистному Георгу, но Алекс не винил за это Яру. Он вообще любил её, сомневаясь, что родись у него ещё ребенок, после пропажи жены, то смог бы относиться к малышу более трепетно и нежно, нежели к Ярославе.
Отраде для сердца, самому любимому человечку из тех, кто рядом.
Все эти годы, где бы ни был Алекс, куда бы ни отправлял его император, он всюду выискивал возможность найти свою жену. Всё просто было выработано до автоматизма. Показывал рисунки, давал объявления в газету, расспрашивал ненавязчиво на приёмах, званых обедах. Никто давно уже не смеялся, да и дамы, имеющие виды на этого мужчину, перестали шутить над графом, втайне мечтая, чтобы и им встретился такой же, способный помнить их в случае пропажи всю жизнь. Пропадать никто не хотел, но мечтать это весьма позволительно, а значит и мнение о Белтониче среди женщин было самое благоприятное и нерушимое.
Осведомители они и через пять лет своё дело знают туго, особенно если приказ, задание исходит от любимца императора.
