-И ещё, леди,- он сделал многозначительную паузу, выдержав пару мину, как положено,- бежать не советую. Ваш прежний охранник и его новый помощник будут обеспечивать безопасность, а так же следить за маршрутом передвижения. Вы меня поняли? Согласны?
-Несомненно,- отозвалась вчерашняя пленница, а сегодня почти свободная женщина.
Всё пошло совсем по другому сценарию, нежели она жила три года в доме Огарёва. Жак каким-то образом сделал документы, признающие предыдущий брак недействительным и после этого свадьба в скромном семейном кругу была обеспечена. Никаких близких родственников у него не имелось, даже родители не был приглашены, однако им отправили уведомление. Отец, расправив крылья, примчался через пару дней, но вежливая встреча под надзором Жака быстро охладила его пыл, как и понимание того, что денег от этого брака дочери ему не видать. Спустя неделю, в родном замке обвалилась крыша, похоронив под собой родителей и всех, кто прислуживал им в этот момент в обеденном зале. Так что небольшое приданное у женщины все же было, только распоряжаться им не было никакой возможности, поэтому всё взял на себя Жак.
Но как не мечтала женщина сбежать от охраны, исполнить это просто не представилось возможности. Однако, несмотря на подобную осторожность, в остальном Жак не был скрягой или жмотом, не жалея на Ксению ни расходов на одежду, другие личные вещи. Уже через несколько лет он взял жену с собой на спектакль.....
По счастливой случайности это произошло весной, практически в день рождения Ярославы..
Женщина вернулась из театра и расплакалась, а мэр, узнав причину слёз жены, пообещал, что если с её стороны все по-прежнему будет безупречно, то на следующий год она тоже куда-нибудь может сходить, естественно с приставленной охраной и умело наложенной косметикой на лице для маломальской конспирации, плюс обязательное условие - шляпка с вуалью....
Побег из под такой охраны просто невозможен, а угроза вернуться к Георгу была вполне осязаема. И всё же жизнь в таких условиях была бы нормальной(теперь всё сравнивалось с пленом в доме Огарёва), если бы не отсутствие связи с семьёй. Незнание и тоска по ним убивали.
