Тем временем Лисий хвост нашел подходящую палку на берегу и привязал к одному из концов три стрелы. Таким образом у него получилась острога.
Сняв сапоги и штаны, Лисий хвост вошел по колено в воду и стал внимательно смотреть.
Вода была прозрачная и теплая, и сквозь нее хорошо просматривалось дно.
Лисий хвост прошел еще немного вперед, туда, где дно резко пошло в глубину, стал на краю и приготовил острогу.
Вскоре в воде появилась тень. Немедля Лисий хвост вонзил в нее острогу и через мгновение выдернул из воды рыбину и бросил ее на берег.
Рыба шлепнула пару раз хвостом и, жадно хватив широко открытым ртом воздух, замерла. О том, что она еще была жива, свидетельствовали судорожно открывающиеся жабры.
Лисий хвост снова замер.
Подобным приемом он выдернул из воды еще несколько рыбин.
— Этого нам хватит на ужин и на завтрак, — сказал он сам себе. Поплескав руки в воде, он смыл с ладоней рыбью кровь и чешую и пошел на берег.
Здесь он уронил острогу рядом с рыбой и занялся сбором хвороста.
Тишила, пройдя по берегу, убедился, что подстрелить дичь ему не удастся, и так как день клонился к ночи, не стал тратить времени на дальнейший поиск дичи, он поступил просто — зашел в воду и подстрелил стрелой пару здоровенных рыбин.
Когда он вернулся с добычей, Лисий хвост уже разводил небольшой костер.
— Вот рыбу подстрелил, — сказал Тишила, показав ему рыбу.
Лисий хвост кивнул головой на кучку пойманной им рыбы.
— Я тоже.
— Значит, с голоду не умрем. Теперь осталось только приготовить рыбу, — сказал Тишила, сел рядом с костром и занялся рыбой.
Он ножом вспорол брюхо рыбе и выкинул внутренности. Затем обернул рыбины большими листьями дикого щавеля, обмазал сверху слоем глины. К этому времени костер прогорел, и превратился в угли.
— Не клади хворост, — сказал Тишила и сунул рыбу в угли.
Через полчаса старшины уминали горячую рыбу за обе щеки.
Наевшись, старшины начали готовить себе место для сна: для этого нарубили веток и устелили ими землю рядом с костром. Затем сходили в лес и принесли запас дров, — это было самой важной процедурой для ночевки, потому что пока горит костер, дикие звери не опасны, — не любят они запах дыма.
Ночью им пришлось спать по очереди. Первым дежурил Лисий хвост. Вторую половину ночи — Тишила.
Чтобы не уснуть, Тишила взял длинную палку, заострил конец ножом, затем острый конец стал калить над слабым огнем.
В результате вскоре он получил короткое копье с острым концом.
Проверив пальцем остроту копья, Тишила подумал, что таким копьем можно будет, в случае чего, отбиться и от зверя и от худого человека.
Затем он подкинул дров в костер и стал смотреть в усеянное звездами небо. Звезды располагают к философии и ко сну. Через минуту размышлений над вечностью бытия, Тишила мирно похрапывал.
Проснулся он от резкого треска — словно хрустнула ветка под чьей-то ногой.
Тишила схватил копье и стал всматриваться в темноту. Там светилось несколько зеленых огоньков. Они не шевелились, и Тишила решил, что это светлячки.
Он подкинул веток в тлеющие угли, и костер лизнул огнем темноту, отчего та еще больше почернела. Огонь осветил землю вокруг костра, и Тишила увидел, что Лисий хвост лежит, натянув на голову кафтан.
Тишила подумал, что ветка могла сломаться под лапой какого-либо зверя, который, испугавшись огня и звука, постарался скорее уйти от опасного места.
— Скоро рассвет, — неожиданно сказал Лисий хвост, и Тишила вздрогнул.
— Фу, ты, испугал меня! — сказал Тишила.
— Зверь? — спросил Лисий хвост.
— Да, люди не ходят ночью по лесу, — сказал Тишила.
— И к лучшему: человек опасен и летом и зимой, а зверь летом сытый — не тронет, — сказал Лисий хвост, встал и начал поправлять одежду.
— Рано встал, — сказал Тишила.
— Пока соберемся, совсем рассветет. Нам лучше пораньше отправиться в путь, — сказал Лисий хвост.
Он взял одну из приготовленных вечером рыбин, сел рядом с костром и отковырнул глину с рыбы. Под воздействием жара и рыбьего сока листья, в которые была завернута рыба, превратилась в кашицу, и Лисий хвост снял ее ногтем вместе с чешуей.
— Теплая рыба, — сказал Лисий хвост и принялся осторожно отламывать куски рыбы, высматривая рыбьи кости у огня.
Тишила положил свое копье на землю, взял другую рыбу и принялся ее объедать.
Как только облака окрасились в розовый цвет и стало немного видно, старшины двинулись в путь.
А вскоре солнце уже поднялось над деревьями на берегу. Ночной туман, словно боясь горячих лучей, прятался в камыши.
Утренняя река ласково шептала тихой волной убаюкивающую песню.
Тишила сидел на корме, осторожно подправляя веслом, словно боясь спугнуть тишину с реки, движение лодки.
А Лисий хвост, пристроившись на носу на куче трав и веток, так что над бортом виднелась одна голова, рассуждал:
— К зиме в город вернутся многие жители, которые сейчас готовят запасы к зиме. Если даны и дальше будут так притеснять горожан, то недолго они просидят в городе. Народ быстро обозлится. А там уж разбираться не будут. С нашими людьми лучше не связываться: вроде и смирны, а только тронь, и костей не соберешь.
Тишила вздохнул и проговорил:
