Хищение государственного имущества, спекуляция и взяточничество стали основой нарождавшегося предпринимательского слоя. В разгар «перестройки» только хищения государственной собственности достигли 40—50 млрд. руб. в год[392]. Особенность нового периода состояла в том, что осуществлялись эти хищения организованно, а главную роль в них играли руководители и ответственные лица предприятий, призванные охранять государственное имущество.
Масштабы спекуляции (перепродажа товаров, купленных по государственным ценам, с большой наценкой) приобрели невиданные прежде размеры, достигнув не менее 10 млрд. руб. Только по Москве спекулятивный оборот составлял несколько миллиардов рублей. Опросы показывали, что в Москве каждый пятый, ответивший на анкету, пользовался услугами спекулянтов; 12% опрошенных покупали у них продовольственные товары, 63% — обувь и одежду, 13% — спорттовары, 26% — стройматериалы[393]. Во многих случаях организаторами спекуляции являлись руководители торговых и промышленных предприятий, имевшие от каждой сделки свой процент.
Общий размер теневой экономики, кроме перечисленных выше статей, включающей криминальный бизнес (наркотики, проституция и т. п.) и взяточничество государственных и партийных чиновников, достиг к концу 80-х годов примерно 120—130 млрд. руб., или приблизительно пятой части национального дохода СССР[394]. Характерной чертой теневой экономики этих лет стало определяющее участие в ней структур официальной советской и партийной власти. Во второй половине 80-х годов произошло слияние пока еще некоторой части официальных властных структур с традиционными теневыми воротилами, имевшими зачастую уголовное прошлое. В результате образовался довольно значительный социальный слой, кровно заинтересованный в развитии и даже легализации теневой экономики.
Развитие новых форм собственности в виде кооперативов (с 1988-го) и малых предприятий (с 1990 года) стало подготовительным этапом приватизации (а точнее расхищения) общегосударственной собственности и агрессивного насаждения частного капитала. В абсолютном большинстве случаев создание кооперативов и малых предприятий осуществлялось руками государственной и партийной номенклатуры и тесно связанных с ней теневых структур. Через эти новые формы осуществлялись незаконное отчуждение общегосударственной собственности и перекачка средств простых тружеников в карманы номенклатуры и теневых структур. Бесконтрольное развитие кооперативов и малых предприятий стало мощным фактором быстрого роста цен и снижения покупательной способности рубля. Самой распространенной практикой стало создание кооперативов и малых предприятий руководителями государственных предприятий (их родственниками, друзьями и знакомыми). В эти кооперативы и МП перекачивались ресурсы государственных предприятий, незаконно концентрировались их фонды (передаваемые МП и кооператорам либо бесплатно, либо по символической стоимости). Эти новые предприятия стали посредниками продажи за рубеж, чаще всего по бросовым ценам, сырья, полуфабрикатов, комплектующих изделий, совершенно необходимых отечественному производству и потребителю.
Кооперативы были поставлены в лучшие условия, чем государственные предприятия. Более того, для многих руководителей государственных предприятий они стали средством огромной наживы. Именно через них перекачивались на сторону государственные фонды и финансовые средства, осуществлялось превращение безналичных финансовых ресурсов в наличные средства, что еще больше способствовало бесконтрольному росту денежных доходов населения, не обеспеченных товарной массой. На 1 июля 1990 года из 210 тыс. кооперативов, существовавших в стране, 86% действовали при предприятиях[395].
В 1989 году кооператоры произвели товаров и услуг на 40 млрд. руб. Однако 33 млрд. руб. составляли товары и услуги, по стоимости сильно завышенные или даже фиктивные, предоставляемые предприятиям. На самом деле через кооперативы происходила «откачка» безналичных денег в наличный оборот. В первом квартале 1990 года банковские учреждения выдали со счетов кооперативов 6 млрд. руб. наличными, а занесли на их счета только 450 тыс. руб. В целом же за первое полугодие выдача наличных денег со счетов кооперативов превысила поступление от них на 12 млрд. руб., почти вдвое увеличившись по сравнению с тем же периодом 1989 года[396]. На этой основе сложился рынок торговли наличными и безналичными деньгами, курс которых достигал соотношения 1:3.
Летом 1989 года создается Комиссия по экономической реформе, руководителем которой был назначен Абалкин, составивший ее прежде всего из подобных себе ученых, специалистов по марксистско-ленинской политэкономии социализма, разработчиков и консультантов экономических планов, заведших страну в тупик еще в 70-е годы, таких, как А. Г. Аганбегян, С. С. Шаталин, Б. Мильнер, Е. Ясин. Из молодых в комиссию взяли Г. Явлинского, склонного, по словам Абалкина, к закулисным действиям, различного рода политическим комбинациям[397].
