«Ну вот, только песню из головы удалось выкинуть, теперь эти философские вопросы первопричины сотворения мира, – негодуя, размышлял Андрей. – Ученые не могут решить, откуда человек появился, а тут вопрос первоосновы Вселенной и предназначения человечества. Да нет никакой цели в жизни у человечества: живи и радуйся, наслаждайся тем, что живой! Вон, поденки всего один день живут лишь для того, чтобы отложить яйца и продолжить свой род. Так и люди и все остальные живые организмы живут для того, чтобы продолжить род. Разница лишь в сроке жизни». Такое объяснение смысла жизни представлялось вполне логичным. Но тут же вставал вопрос про тех, кто не произвел после себя потомства. Получается, что они не достигли цели жизни. Но в природе не все могут давать потомство: кто-то умер раньше времени, кто-то болен, кто-то не нашел своего спутника. Отдельно стоят те, кто не оставил после себя наследников, но вместо этого дал человечеству научные открытия, произведения литературы и искусства, те, кто вписал себя в историю великими делами. Но таких немного в общей массе, большинство воспроизводит свой род, поэтому те, у которых не получилось это сделать, не меняют общую картину.
В общем, надо было срочно абстрагироваться от этих сложных вопросов и решать дела насущные.
На следующий день первой была контрольная по математике. Все предлагаемые к решению задачки были знакомы, Андрей их осилил без труда. А вот аналогичная работа по физике далась нелегко, пришлось попотеть. В итоге были большие сомнения по поводу корректности выполненных заданий. Формулы-то были выучены, но их же еще надо было уметь применить по делу.
В столовой к Клаусу и Эмме впервые присоединился Бен. Клаус пропустил его впереди себя. Тут показался Ян с дружками. Они привычно расталкивали школьников, расчищая себе путь к кассе. Наглецы уже почти прошли мимо, но тут Курт, шедший позади остальных, вдруг решил остановиться и попытался втиснуть поднос перед Беном. Это у него не получилось с первой попытки, а второго шанса ему не дал подоспевший Клаус. Он с силой выдернул уз рук Курта поднос и сказал:
– Сюда не суйся, пока по мусалам не получил.
– Том, подойди-ка сюда! – позвал на помощь товарища опешивший Курт.
– Что происходит? – Через секунду Том был уже тут как тут, делая грозное лицо.
– Слушайте, друзья, давайте не будем ссориться, и вы встанете в очередь, как все. – Эмма решила выступить в роли арбитра.
– Да, как все, – поддержал Бен, положил руку на плечо Тома и слегка сжал пальцы.
Том ойкнул и выронил поднос на пол.
– Том, Курт, что застряли? Я тут очередь держу! – позвал их Ян, стоявший неподалеку от кассы.
Они удрученно поплелись на зов вожака. Перед этим Том поднял поднос с пола, а Курт за свой несколько секунд боролся с Клаусом, не желающим расцеплять руки. Когда Курт в очередной раз с силой потянул поднос на себя, Клаус его отпустил, и одноклассник, потеряв равновесие, почти гарантированно должен был распластаться на полу, если бы не широкая спина Тома, еще не успевшего отойти. Победа была полной. Правда, сам Ян в заварушке не участвовал. Клаус с Беном переглянулись и подмигнули друг другу.
Расплатившись на кассе, друзья сели за один столик. Эмма быстро уничтожила скромный обед и убежала, а Клаус решил, что настало время поговорить по душам с Беном.
– Бен, а почему ты столько терпел издевательства Яна и его дружков? – задал мучивший его вопрос Андрей.
– Я не терпел, я стойко переносил их глупые насмешки и зубоскальства, – гордо ответил долговязый.
– Врезал бы разок одному из них, сразу бы отстали. У тебя вон какая силища в руках. Да и рост хороший.
– Драться нехорошо, тем более бить слабых.
– Вот оно как, ты теперь их считаешь слабыми? – удивился Андрей.
– Считаю.
– Так это я тебе подсказал. Уверен, до разговора со мной ты так не считал, потому что обычно сильный не убегает от слабых, поджав хвост.
– Я не убегал, не убегал! Не было такого! Я не трус.
– Ладно, ладно, не трус. И как долго ты собирался «стойко переносить» все это безобразие?
– Столько, сколько надо.
– «Сколько надо», – передразнил Клаус. – «Покамест травка подрастет, лошадка с голоду умрет», как сказал бы принц датский.
– Не умрет. Я вообще-то готовлюсь.
– Готовишься к чему?
– Стать стражем.
– Стражем? Это тем стражем, который отрекается от всего ради служения отчизне?
– Да.
– Я думал, что только идиот добровольно захочет быть стражем на таких условиях.
– Не говори так. Ведь твой брат – страж.
– Мой брат? – изумился Клаус.
Тут Бен внимательно посмотрел на собеседника, приглядываясь, все ли с ним в порядке и в своем ли он уме. Андрей спохватился и начал исправлять неловкое положение:
– Ах да, Генрих! Я совсем про него забыл. Представляешь, я вообще забыл, что у меня есть брат. Он дома не появляется. Я его видел-то всего один раз.
Уже было расслабившийся Бен опять настороженно на него посмотрел. Его взгляд говорил: «Ты что плетешь?»
– Видел один раз за последние два месяца, – уточнил Андрей, – когда он у нас в доме появился. Это было еще до начала школьного года.
