Готикана полностью

— Теперь я возьму тебя так, как захочу, не так ли? — пробормотал он, половина его лица находилась в тени, другая в свете серых облачных сумерек.

Корвина схватила его за плечи, когда он вывел ее из равновесия.

— Правило ученика-учителя на самом деле не относится к тебе, да? Ты не можешь лишиться работы, потому что ты... ты.

Его руки скользнули ей под юбку, обхватывая задницу.

— Это применимо, пока я здесь учитель. И я должен быть одним из них, пока не выясню, что здесь происходит. Этот замок мой. Но теперь и вы тоже, Мисс Клемм. Я должен навести порядок, что бы это ни было, но не сомневайся, что я нарушу для тебя правило.

Корвина непроизвольно потерлась о него, ее тело было горячим после сна прошлой ночью. Но ей все еще нужно было кое-что прояснить.

— Что Аякс имел в виду, говоря о старушке? — задыхаясь, спросила она. — Насчет фиолетовых глаз?

Его рука потянула край ее свитера вниз, обнажая ее плечо и засос, который у нее образовался от его рта, в медленно темнеющей комнате.

— В приюте для мальчиков Старушка Зельда предсказывала всякое дерьмо обо всех, — ответил он ей, потирая засос большим пальцем. — Она сказала мне, что однажды я увижу фиолетовые глаза, и когда я увижу, мне придется последовать за ней. Так я и сделал.

Корвина слегка нахмурилась, не понимая.

— Дом для мальчиков, в котором я жил, — он наклонился, облизывая ее засос, заставляя ее внутренности сжаться. — Он назывался «Утренняя Звезда — Потерянный Дом Для Мальчиков», пока не сгорел дотла.

— Что? — Корвина удивленно уставилась на него.

Это... очень странное совпадение.

— Будучи тем, кто я есть в Комитете, я получаю определенный доступ. Три года назад, — он мягко заговорил в ее кожу, — Я числился в их базе данных, пытаясь найти детали моего старого лучшего друга из дома. Я потерял его в огне.

— Мне очень жаль, — она потерла его бицепс.

Он уткнулся носом ей в шею.

— Это привело меня к данным Института. Тогда-то я и увидел фотографию твоей матери.

— Фиолетовые глаза, — прошептала Корвина.

Он кивнул.

— Я ходил к ней.

Подождите, что?

Она отстранилась, держа его за руки, ее глаза расширились, когда недоверие пробежало по ее крови.

— Ты что?!

Он притянул ее обратно на место, ближе к себе. В классе вокруг них стало намного темнее, чем раньше, но Корвина не могла отвести от него взгляда, ее сердце бешено колотилось от того, что он говорил ей.

— Я ходил к ней, — он схватил ее за подбородок, не давая пошевелиться. — Три года назад. Просто чтобы убедиться, что Старушка Зельда была права.

— И?

— Я пообщался с ней, — сообщил он ей, как будто это была не самая важная часть информации, которой он владел. — Она мало говорила, но говорила о тебе. Сказала мне, что ее маленькая девочка ворон останется совсем одна без нее. Спросила, не стала ли ты ездить чаще в город, чтобы повидаться со мной. Думаю, у нее было неправильное представление о том, что я был твоим возлюбленным. Она спросила, не присмотрю ли я за тобой. Потом замолчала.

Корвина почувствовала, как у нее задрожала челюсть, и вспомнила, как три года назад ее мать только поступила в больницу.

— Потом?

Он убрал выбившуюся прядь волос с ее лица.

— Где ты была три года назад, Корвина?

Ее сердце остановилось.

Это невозможно.

Ни за что на свете.

Нет.

— Где ты была три года назад?

В Институте.

Она была в институте, проходила обследование, после самодиагноза.

Огромная пустота в ее груди заполнилась до краев, переполненная чем-то таким обильным, что она не была уверена, было ли это даже здоровым, но ей было все равно, не тогда, когда прозрение поразило ее.

— Ты видел меня, — прошептала она, ее горло сжалось, глаза горели.

— Я видел тебя, — прошептал он в ответ, поглаживая ее щеку большим пальцем.

— Ты видел меня.

Ее губы задрожали, осознание того, что этот мужчина видел ее, действительно видел, и все еще смотрел на нее с тем взглядом в глазах, заставило что-то внутри нее измениться.

— Я видел тебя, — его серебристый взгляд обжег ее. — Я всегда тебя видел.

Она не знала, что произошло потом, она не хотела знать, что произошло потом, не в тот момент, не тогда, когда этот человек, который видел ее демонов, знал ее демонов и принимал их, стоял так близко к ней. Она не нуждалась в ответах, не с его рукой на ее лице и его глазами на ее. Он видел, действительно видел, в ее луне души, с пятнами, шрамами и темной стороной, невидимой и неизвестной даже ей самой.

Корвина прижалась губами к его губам, изливая все, что она испытывала, но не могла выразить словами в тот момент в поцелуе, ярость ее эмоций застала ее врасплох, освобождение в ее сердце заставило слезы вырваться из ее глаз.

Он знал.

Он всегда знал.

И все равно хотел ее.

То, что она никогда не думала, что у неё не будет не потому, что не заслуживала этого, а потому, что кто бы захотел девушку с голосами в голове и неуверенностью в своем будущем? Подобные вещи существовали только в книгах, которые она любила читать, но не в ее жизни.

Но он был реальным.

Он был настоящим и теплым, и был таким в течение многих лет, о которых она не знала.