Содержимое готских «княжеских погребений» наглядно демонстрирует нам следующее. Относительно небольшого преимущества какого-либо готского семейства в благосостоянии, силе и влиянии достаточно для того, чтобы это семейство, остающееся, в плане имущества, все еще крестьянским, возвысилось над прочими крестьянскими семействами, чтобы привить ему культурные потребности, пробудить в нем вкус к художественным изделиям, жажду приобщения к миру красоты и наслаждений, который можно обрести там, откуда приходят эти изделия, – где-то далеко на юге, в заальпийских городах, стране бесконечного лета и бесконечного изобилия. Это стремление «жить по-княжески» захватывает и молодых женщин и девушек знатных готских родов, начинающих осознавать, что то, чем они владеют, вполне сравнимо с серебряными кубками и бронзовыми чашами и, подобно своим мужам, отцам и братьям, обретающих вкус к «сладкой» жизни. Не случайной представляется поэтому находка в болоте Рухмоор близ Даммендорфа в округе Эккернфёрде подвергшегося естественной консервации трупа готской девушки примерно 16-летнего возраста в… мини-юбке, около 30 см длиной, заканчивающейся значительно выше колен, имевшей, однако, по нижнему краю в ширину не менее 165 см и потому, несомненно, облегавшей множеством складочек бедра юной готской кокетки. Эта мини-юбочка держалась на довольно узких лямочках-бретельках. На плечи готской красавицы была накинута меховая курточка. Значит, в тех местах в пору ее переселения в лучший мир было достаточно холодно. Но, видимо, она и не подумала сменить свою коротенькую юбку на более длинную, и, конечно же, более теплую. Мода есть мода. А красота, как известно, требует жертв…
Не случайно и другое. В раскопанном археологами хуторе готского «князя» под Любзовом была обнаружена мастерская золотых дел мастера. В других «градах» готских «князей» также были обнаружены мастерские ремесленников, причем не только ювелиров, старавшихся селиться поближе к богатым и постоянным заказчикам, внося нотку разнообразия в чисто крестьянский характер поселения и существуя на первых порах «в тени» самого важного для «князя»-воина и его присных ремесленника – кузнеца, ковавшего, в первую очередь, оружие для будущих боев. Тем не менее этот «град» был еще очень далек от «града» – поселения городского типа. И эти готские «князья» были, в сущности, богатыми хуторянами. Их надежда и мечта обрести в далекой стране вечного изобилия и непрекращающегося лета всяческие блага, блеск и богатство лежала во все еще очень отдаленной перспективе. Где-то там колыхались под солнцем далекого юга золотые хлебные поля на побережье теплого моря. Странствуя на юг, готы, конечно же, шли туда не для того, чтобы вести войну на уничтожение с Римской империей; не для того, чтобы сменить римлян в роли «повелителей мира». Они стремились к чему-то гораздо меньшему, что, однако, было для них чем-то гораздо большим, – к обретению доброй земли, дающей добрый урожай. Плодородные пашни и пастбища с сочной травой – это и был столь желанный для готов «ауйом», то лучшее, что могли себе представить готы в долгие десятилетия и века своей скитальческой жизни и чего они от жизни ожидали.
Итак, теперь нам известны причины долгого готского странствия на юг. Мы можем себе представить, чего готские переселенцы ожидали от своей новой жизни на берегах Евксинского понта, и можем с большой степенью уверенности утверждать, что во II и III вв. по Р. Х. готские мигранты вовсе не имели намерения, приписываемого им многими историками Средневековья, Ренессанса, «века Просвещения» или позднейшими германофилами из академической среды, – намерения собрать под своим руководством в единый кулак мощь всех германских племен, дабы сокрушить Римскую «мировую» державу. Не было у готов такого намерения – повторим это еще раз для уважаемых читателей. И на то была причина, которую предводители готских мигрантов, вероятнее всего, осознавали в полной мере. Было бы просто глупо резать курицу, несущую золотые яйца, или дойную корову, пока она исправно дает молоко. Разумнее как можно дольше питаться этим молоком, а также изготовленными из него продуктами – сыром, творогом, пахтаньем, маслом, простоквашей, чем один раз наесться вволю мяса забитой коровы. А что потом?
