Мне хочется верить, что в новом десятилетии исчезнут людишки, обожающие слушать шлягеры про рюмку водки на столе. Что наконец наступит закат семьи Михалковых. Что возникнет шлагбаум, преграждающий путь низкопробной американской культуре. Что прекратятся аварии на дорогах с участием высокопоставленных чиновников и членов их семей. Что разрешат двойное гражданство Украины и России. Что европеоидная раса даст жесткий отпор китайской экспансии. Что государствами не будут руководить лица, имеющие погашенные судимости. Что внутри территории бывшего СССР исчезнут унизительные пограничные досмотры и таможенные барьеры. Что новые транспортные магистрали помогут избавиться от пробок, ставших настоящими тромбами в жизни мегаполисов. Что человеческая жизнь перестанет быть ничего не значащим пустяком. Что наше ГОВНОПОКОЛЕНИЕ перенаправит свою энергию с клубных танцплощадок в созидательное русло. Что восторжествует любовь.Ваш искатель утраченного времени Всеволод Непогодин.
Я презираю поколение, идущее вслед за нами. Оно мне внушает отвращение и ужас. Максим Горький песен о них не споет, нечего и думать. Я не говорю, что мы в их годы волокли с собою целый груз святынь. Боже упаси! — святынь у нас было совсем чуть-чуть, но зато сколько вещей, на которые нам было не наплевать, а вот им — на все наплевать (с)
Приветствую вас, мои ненаглядные олигофрэнды — сверстники, ровесники, одногодки. Глаза б мои вас не видели, черти размалёванные. Сегодня я поделюсь наблюдениями о тех, кто появился на белый свет в 80-х годах прошлого века. Дети перестройки, сыновья путчей и госпереворотов, дочери пустых прилавков…
Ваши родаки познакомились на захудалых танцах в парке под звуки тошнотворного «Модерн Токинг» и прочей лабуды в стиле синти-поп. Вы были зачаты на скрипучих кроватях в кишащих клопами общагах. Из-за «сухого закона», введенного лысым чепушилой, твой папка наебенился «Шипра» и присунул вьюна простой студентке техникума пищевой промышленности. Эта наивная дурень, приехавшая в Одессу из Крыжополя для получения теоретических знаний по уборке кала крупного скота, и стала твоей матерью. Через девять месяцев родился ты, мразь, защекан и уебанец.
Твой фазэр канеша не хотел иметь сына/дочю, но его как лоха в седьмом поколении тупо развели на поджениться. Батяня повелся на это гониво, бросил институт и пошел вкалывать грузчиком на 7-ой или в рейс матросом-парашечистильщиком. Мамаша перевелась на заочку, села на отцовскую шею и взялась за твое воспитание. Что может дать ребенку сельская мурлында с тремя грядками образования? Ты когда-нибудь задумывался над этим вопросом, кривомордый баклан? Правильно, ничего путного.
Когда бабахнуло в Чернобыле маман катала колясочку с тобой как ни в чем не бывало. Откуда дремучей селянке знать о губительном влиянии радиации. Ты с упоением вдыхал ветра Припяти и от этого вырос худосочным дегенератом с атрофированным мозгом. Тебе, ровесничек, дано только жрать, срать и трахаться. Ты не способен думать, мыслить, созидать. Ты амеба с человеческим обликом.
Батя от каторжной пиздячки напивался до усрачки и при случае сгонял накопившуюся агрессию на мамке. Маман тихо ревела в тряпочку и в глубине души мечтала «повернутися до села», там ведь сало, горилка, кизяки. Постепенно маман освоилась в городе и начала общаться с «дамами высшего общества». К таковым в Одессе относят жен моряков, спортсменов и просто валютных проституток. Приблатненные курвы повернули колхозную прямолинейность твоей матери в «правильное направление» и одной стервой стало больше. После пяти лет в Одессе у маман хуйзнаетоткуда появился гонор и она начала попиливать отца. В отношениях появилась трещина, семейный корабль стал идти ко дну. Вот так ты и рос, зачатый по любви и воспитуемый в мире и согласии ребенок.
За ручку в школу тебя привел уже отчим. Подруги познакомили маман с «состоявшимся мужчиной» и судьба папика была предрешена. И было абсолютно похуй, что огромный гардероб маман, куча косметики и абонемент к модной визажистке (на этот боекомплект и попался «состоявшийся») стоил отцу третьей группы инвалидности. Ты остался без воспитательской руки, способной охладить пыл в любое время. В школу ты ходил не за знаниями, а похвастаться полной коллекцией «Турбо» и приставкой «Марио». Алфавит ты худо-бедно освоил лишь к шестому классу, когда уже стали требовать сочинения «Как я провел лето».
Отчим, еврейский кооператор с двумя судимостями, плевал на тебя всеми мыслимыми и немыслимыми способами. Ты для него просто РОТ, дополнительно высасывающий деньги из карманов. На праздниках в новой семье ты слушал «Золотые купола, на груди наколоты…» и другие уркаганские песни. Тебе, глухому на три уха включая среднее, никогда не понять прелесть барабанных армагеддонов Бонхэма и виртуозных соляков Гилмора.
Еще в 6 лет твоя корыстолюбивая маман знала, что ты пойдешь учится в мореходку. Подруги запудрили ей мозги трепотней о престиже профессии моряка, они ведь ДЕНЬГИ хорошие зарабатывают. Увы, в современной Одессе статус супруги моремана гораздо выше статуса спутницы поэта или художника. В Южной Пальмире не осталось романтики, она умерла навсегда с потоком эмиграции в 90-е. Одесская романтика живет на Брайтоне, 77-ой авеню и прочих улочках Нью-Йорка, Торонто, Тель-Авива, Мельбурна. Невдомек говорливым курицам, что во время долгих плаваний капитан ебет старпома, старпом жарит боцмана, боцман — матросов, и.т.д. Тебе, мой глубоко неуважаемый сверстник, по жизни предначертано стать ПИДАРАСОМ.
