- Трудно сказать. Просто лучше его пока никому не трогать, - торжественно-зловеще произнесла Шталь и, подумав, добавила: - Не такой уж и шелковый этот шелк. Что-то в нем такое есть...
- Ну я и попал! - Владислав Ильич взглянул на часы, ругнувшись, вскочил и сдер-нул с себя майку. Амулеты на его шее качнулись, и полосатая подвеска-ладошка, ка-залось, издевательски помахала Эше. Она сердито встала, стукнулась головой об оче-редной оберег, свисавший с потолка, и оберег недовольно зашелестел, заскрипел, словно потревоженное существо. Обереги, амулеты, вещи-защитники, и Колтаков среди них, совершенно с ними не сочетающийся. Нелепость. Очевидно только одно.
Если она действительно хочет спасти Влада, ей придется от него сбежать.
* * *
- Вы уверены, что их не отравили? - глухо спросил Колтаков, и стоявший рядом средних лет человек покачал головой.
- Непохоже. Скорее всего, обычное расстройство желудка, просто очень сильное. Конечно, мы с Татьяной сейчас осмотрим их более тщательно и возьмем все нужные анализы... как только они сделают перерыв.
"Если он узнает, то точно меня убьет", - обреченно подумала Шталь, поглядывая, как на скулах Колтакова играют желваки. Равнодушный к окружающим, он души не чаял в своих псах, и неудивительно, что сейчас абсолютно все, кто имел какое-то от-ношение к дому или территории вокруг него, выстроились на лужайке позади особ-няка, неподалеку от беседки, и наблюдали, как два ротвейлера, присев среди клумбо-чек, страдальчески тужатся. Колтаков сейчас забыл про все, в том числе и про свое проклятие, а, получив от Шталь предварительное заключение, что в нарушении пи-щеварения ротвейлеров она не ощущает ничего магического, забыл и про нее, вызвал ветврача и теперь был занят только собаками. Эша сказала истинную правду, ибо что магического может быть в изрядном количестве молока, рыбы и давленого чеснока, которые она старательно натаскала с кухни еще со вчерашнего дня и скормила про-жорливым ротвейлерам, сожравшим эту ядерную смесь с превеликим удовольствием. Теперь расплачивались все трое - несчастные собаки мощным поносом, а живодерка Шталь - муками совести.
"Я попаду в ад, - мрачно размышляла она. - Это совершенно точно".
Но пока Шталь отправилась не в ад, а в другое место. Меленькими незаметными шажками она отступала и отступала со сцены, пока не скрылась за углом. Там, воро-вато оглядевшись, Эша, пригнувшись, прокралась к машине ветврача, юркнула в приоткрытую дверцу, перебралась назад и скрючилась на полу возле дверцы, при-творяясь частью машинного салона. Идея, конечно, не выдерживала никакой крити-ки, но если Эшу здесь обнаружат, Колтакову всегда можно что-нибудь соврать, изо-брести какие-нибудь магические причины. Можно ему даже пригрозить - она ведь ведьма! Да вот только если Колтаков заподозрит в ней причину поноса своих ротвей-леров, от ведьмы и помела не останется!
Через некоторое время возле машины послышался шорох гравия, кто-то чихнул, а потом голос врача успокаивающе заговорил:
- ... уверен, что они что-то стащили с кухни... уже ведь такое было... Я позвоню насчет анализов, но думаю, нет причин беспокоиться... По полтаблетки два раза в день... и полисорб подавайте, как я сказал. Молодые, глупые...
- Надеюсь, вы правы, - пророкотал Колтаков. Задняя дверца открылась, и Шталь сжалась еще сильнее. Ветеринар, не глядя, сунул на заднее сиденье свой портфель-чик, захлопнул дверцу, потом хлопнули две передние дверцы, машина заурчала и по-катила к воротам. Вскоре позади раздался металлический лязг, и Эша тихонько вздохнула, поглаживая свой хризолит.
- Мог бы и по телефону объяснить, на кой мне было на них смотреть, - пробурчал врач. - Не в первый раз... симптомы классические... нет, тащись лично и разгляды-вай... Не смотрят за собаками, а потом начинаются визги, и вечно я виноват! Хоть вон вчера та мадам... я ее болонке всего-то колосок из уха вынул... а потом - ах, со-бачке плохо, это все из-за вас!.. а потом выясняется, что ее собачка сперла у нее с тумбочки тюбик диклофенака и сожрала...
- Ладно, Леш, он же тебе хорошо заплатил, - успокаивающе пробормотал женский голос.
- Хм, попробовал бы он не заплатить!
- Грозный доктор Айболит! - хохотнула ассистентка, в этот момент раздался громкий визг тормозов, машину тряхнуло, отчего Эша крепко приложилась головой о дверцу, а спереди истошно завизжали:
- Леш, да ты вообще смотришь, куда едешь?!
- Да, елки, смотришь или нет?! - заорала Шталь, вскидываясь из-за кресла, и с пе-редних сидений на нее уставились четыре испуганных глаза. - Красный же горит, даже я отсюда вижу!
- Вы кто? - ошеломленно спросил ветеринар.
- Ваша совесть! - с придыханием ответила Эша и щелкнула ручкой дверцы. - Кстати, как вы думаете, что сделает Колтаков, если узнает о вашем грозном высказы-вании? Он мужик нервный.
Ветеринар оказался человеком сообразительным.
- Я вас не видел, - сказал он.
* * *
В Нижнеярске наличествовало десять зоомагазинов, и продавщица первого же от-реагировала на вопрос Шталь с бурным возмущением.
