Она ткнула было пальцем в кнопку отбоя, но телефон выскользнул из ее рук, упал на подушку и голосом Ейщарова рявкнул:
- Ну, какого черта теперь?!
- Это не я! - простонала Эша в трубку. - Говорю же вам, он сам!.. Я не понимаю!
- Хорошо, - произнес Олег Георгиевич неожиданно ровно. - Что вы хотели услышать?
- Ничего, просто... Я столько времени вам звонила, а вы не отвечали, но ведь обычно вы всегда отвечаете, и я... Я думала, вдруг что-то случилось!
- Ничего не случилось...
- Спасибо, я это уже поняла!
- Просто я был очень занят, - к ее удивлению, в голосе нанимателя зазвучало что-то примирительное. - Очень много дел в последнее время, но... я действительно ценю ваше беспокойство. Это очень приятно.
- Я приеду, Олег Георгиевич. Но ведь, ничего, если я вдруг наткнусь на кого-то из Говорящих на обратном пути? Это ведь не будет...
- Не будет, если путь будет действительно обратным, - со смешком сказал Ейщаров, после чего в его голосе зазвучало прежнее раздражение. - А теперь отправляйтесь спать и дайте мне возможность сделать то же самое, черт возьми!
Эша положила телефон на тумбочку, изгнала Бонни обратно в террариум и плюхнулась в постель, забросив руки за голову и мечтательно глядя в потолок.
Обратный путь...
О, тут было столько вариантов!
Ейщаров отключил телефон и откинулся на спинку кресла, сцепив руки на затылке. Примостившийся на подлокотнике Михаил, на котором из одежды наличествовали только ярко-зеленые трусы, с подвыванием зевнул и сказал:
- Поскольку я уже все равно ничего не понимаю, а покушения на твою жизнь не предвидится, то я пошел спать. Я не спал три дня, и никакой дождь мне не помеха!
Он сделал прощальный жест Олегу Георгиевичу и сидевшему в кресле напротив человеку и удалился. Тотчас посетитель подался вперед и спросил:
- Ты поверил мне или сам понял?
- Сложно сказать, - Ейщаров взглянул на телефон. - То, что я видел, и то, что я знаю...
- Ты поступил правильно. Сам видишь - будить там некого. Прошло немало времени. Достаточно времени. Многое можно понять, ко многому можно привыкнуть.
- Не ко всему.
- Ах вот в чем дело? - посетитель улыбнулся. - Вот что еще произошло?! Неожиданно, но вполне естественно.
- Перестань, - с легким раздражением произнес Ейщаров. - У тебя замечательный дар, но не нужно испытывать его на мне! Если слышишь больше того, что я говорю, держи это при себе, мне об этом знать не хочется. Я сделал то, что считал нужным. Как и раньше.
- Изначально твой план насчет Эши казался мне вполне разумным. Когда подошло время, он по-прежнему казался мне разумным, но уже не казался правильным. И только когда все началось, я поняла, насколько на самом деле была против, - Полина Звягинцева встала и, обойдя стол, встала за креслом, положив ладони на спинку. - Хоть наша затея и опасна, и последствия могут быть непредсказуемыми, другого выхода я больше не вижу. Но Эша сделала достаточно. Спасибо, что отозвал ее. Моя сестра...
- Мы одни, - со смешком заметил Ейщаров.
- Моя сестра, - с нажимом повторила Полина, - хорошая девочка. Конечно, у нее ветер в голове, она взбалмошная и частенько делает глупости, но она - хорошая девочка. Она имеет право быть здесь.
- Твоя сестра упряма, как баран! - Олег Георгиевич, фыркнув, вытряхнул из пачки сигарету. - Честно говоря, теперь я удивляюсь тому, что вы с ней - не кровные родственники! Все это кончится тем, что мне придется возвращать ее в город силой. Когда-то я хотел, чтобы она увлеклась работой, теперь я уж этому и не рад.
- Никто не предвидел Лжеца, - Полина пожала плечами. - Ладно. Я понимаю, ты удивлен, что я пришла ночью...
- Не вижу ничего удивительного, - Ейщаров задумчиво взглянул на окно, за которым неистовствовала летняя гроза. - Мало кто из нас спит в дождь. И я знаю, зачем ты пришла. Попросить, чтобы я сохранил все в тайне и потребовал молчания от тех, кто знает. Особенно от Мишки, который без меры болтлив и эмоционален. Ведь с тех пор, как она уехала, здесь многое изменилось. Не волнуйся, я так и сделаю. Мне странно, что ты не попросила об этом раньше.
- Раньше ты бы мог не согласиться. Я боялась, что пришлось бы...
- Угрожать мне? - Ейщаров запрокинул голову, насмешливо блеснув глазами. - У, это было бы чертовски зрелищно!
- Ты дурак! - сердито сказала Полина, уселась на подлокотник и, наклонившись, обхватила Ейщарова за шею и поцеловала в щеку, потом прижалась к ней носом. - Мне никогда не пришло бы в голову угрожать тебе! У меня кроме вас с Эшкой никого нет, и я хочу, чтобы так оно и осталось. В смысле, чтобы количество дорогих мне людей не уменьшилось.
- Оно не уменьшится, если ты ограничишься поцелуйчиками и отпустишь мою шею, - заверил Олег Георгиевич. Полина засмеялась и встала.
- Так ты обещаешь?
- Я обещаю.
- Ты говоришь правду, - Полина кивнула и ловко увернулась от брошенной в нее сигаретной пачки. - Ладно, думаю, теперь мне лучше уйти, ты весь сосредоточен на мыслях о предстоящей комиссии.
- Иногда с тобой бывает просто невероятно некомфортно, - с легким неудовольствием сказал Олег Георгиевич.
- Опять будете баловаться? Моя помощь нужна?
