Альберт томится тревогой и одиночеством в квартире дяди Якоба, куда частенько наведывается его мать, чтобы помочь по хозяйству. Эльза в ожидании.
— Поскорее бы ты определился, чего ты от нее хочешь, — говорит ему Эльза, улыбаясь своими голубыми глазами.
По совету Эльзы Альберт составляет список условий, которые должна выполнить Милева, если хочет, чтобы они и дальше жили как муж и жена.
А. Ты будешь следить за тем:
1) чтобы моя одежда и белье находились в хорошем состоянии;
2) чтобы я получал регулярное трехразовое питание в своей комнате;
3) чтобы моя спальня и кабинет тщательно убирались и — особенно важно — чтобы моим столом пользовался только я.
Б. Ты отказываешься от всех личных отношений со мной, если только они не абсолютно необходимы по социальным причинам. В частности, ты отказываешься от того, чтобы я:
1) сидел дома с тобой;
2) выходил или путешествовал с тобой.
В. Ты будешь подчиняться следующим правилам в своих отношениях со мной:
1) не будешь требовать близости со мной и не будешь упрекать меня ни по какому поводу;
2) перестанешь разговаривать со мной, если я попрошу об этом;
3) если я попрошу, ты немедленно выйдешь из моей спальни или кабинета, не протестуя.
Г. Ты обязуешься не унижать меня перед нашими детьми ни словесно, ни своим поведением.
— Ты согласна?
Она молча смотрит на него в упор.
Альберт вертит в руках трубку.
— В общем, меня интересуют только мои дети, Альбертль и Тэтэ.
—
— Это же мои сыновья, — кротко замечает Альберт.
— Это
— У него есть я.
— А я его мать, Альберт. Как ты только додумался подсунуть мне этот… этот список?
— Он спасет наш брак.
— Нет, не спасет.
— Тогда мы должны разойтись, — говорит Альберт.
— И на какие средства я буду жить?
— На половину моего жалованья, — отвечает Альберт. — Это пять тысяч шестьсот марок в год.
— Все понятно, — в ярости бросает она. — Как скажешь.
— Ну, значит, договорились.
— Это жестоко, Альберт. Ты жесток. Невообразимо жесток.
Простившись с Милевой и детьми на перроне Анхальтского вокзала, Альберт сажает их в поезд на Цюрих.
И внезапно содрогается от неудержимых рыданий.
— Ты совершаешь преступление против наших детей — и сам же плачешь, как дитя, — бросает ему Милева.
— Ты вернешься? — спрашивает он с надеждой.
— Нет.
— В такие моменты понимаешь, к какой мерзкой породе зверей мы принадлежим.
Она гневно смотрит на него и молчит.
Потерпев поражение, Альберт с потеками слез на щеках выходит на недавно обновленную Банхофштрассе через парадные ворота вокзала — триумфальную арку; у него щиплет глаза.
Вместе они были восемнадцать лет, из них одиннадцать — в браке. Их отношения, как и карточный домик, построенный Альбертом в детстве, лежат в руинах. Словно предвещая раскол Европы.
Тем временем в Сараеве девятнадцатилетний боснийский серб Гаврило Принцип, неизлечимо больной туберкулезом, планирует покушение на жизнь эрцгерцога Франца Фердинанда, престолонаследника Австро-Венгерской империи.
Императорский кортеж из шести автомобилей с открытым верхом приближается к мэрии. В головной машине — мэр города и комиссар полиции. Франц Фердинанд и его жена, герцогиня Гогерберг, София, — во второй, в сопровождении наместника Боснии и Герцеговины, генерал-инспектора Австро-Венгерской армии Оскара Потиорека и графа Франца фон Гарраха, который едет на подножке, прикрывая собой эрцгерцога. Первая попытка нападения провалилась. Принцип в панике убегает. Тогда второй заговорщик бросает в кортеж гранату. От взрыва пострадали только зеваки из толпы. Полиция задерживает бомбометателя, пока кортеж набирает скорость, увозя подальше еще невредимого Франца Фердинанда.
После приема в ратуше генерал Потиорек уговаривает Франца Фердинанда покинуть город. Из-за покушения эрцгерцог будто лишился рассудка. Он настаивает на посещении раненых.
