Гитлер и его ближайшее окружение все время поглощены различными идеями и планами, которые, зачастую противоречат друг другу. Этим объясняется множество взаимоисключающих утверждений касательно нацистских намерений. Некоторые из них были раскрыты в моих докладах. Их же и использовали против меня, как доказательство моей неблагонадежности. Фактически, это один из неизменных элементов тактики Гитлера, заключающейся в том, чтобы находить примеры подобных недоразумений. Гитлер по отношению к Соединенным Штатам ведет себя точно так же, как он действовал в отношении Германии до захвата власти, и так же, как в Австрии, уже будучи единоличным правителем. Он позволяет одновременно развиваться многим видам деятельности с различными целями и стремлениями. Он предоставляет неограниченные возможности сразу нескольким деятелям с различными политическими взглядами. Такая тактика является результатом тщательно обдуманной техники, способствующей сокрытию истинных намерений. Гитлер способен посеять вражду между двумя политическими курсами, чтобы затем выбрать тот, которому он отдает предпочтение. Он способен полагаться на различные организации, враждующие между собой. Таким образом, фразы и лозунги Гитлера — не более чем признак его стиля, и, возможно, они соответствуют его конечным целям.
Предположения относительно того, что сделал бы Гитлер, если бы Америке, в конце концов, пришлось оказать активное сопротивление нацизму, изначально неопределенны и противоречивы по другой причине. Его политические методы полностью эмпиричны и экспериментальны. Он на ощупь пробирается вперед, используя всевозможные интриги, и на этом пути постоянно сталкивается, на его взгляд, с очень серьезными проблемами. Он детально разрабатывает свои концепции, согласовывает их с требованиями сегодняшнего дня. В этих концепциях он учитывает нынешнюю ситуацию и постоянно вносит поправки, соотнося их с событиями текущего момента. Он корректирует и адаптирует свои идеи. И все это говорит о том, что Гитлер — кто угодно, только не доктринер, хотя он и с удивительной решимостью придерживается особого курса, постоянно возвращаясь к нему. Для столь бесцеремонной системы как нацизм, существует множество средств, позволяющих предотвратить активное участие США в войне против Германии. Неоспоримо, что лозунги активно усваиваются. Стоило бы тщательно исследовать вопрос, насколько пополнится запас идей изоляционизма из мастерских, вырабатывающих нацистскую пропаганду. Эта пропаганда всегда присоединяется к существующим идеям, воздействуя на них и осторожно видоизменяя их таким образом, чтобы выработать орудие, которое сослужило бы добрую службу нацизму. Нет больше Европы о которой стоило бы беспокоиться: так должны думать на американском континенте. Ничего не осталось от реальной демократии на европейском континенте. Подобные идеи продолжают господствовать и оказывать свое воздействие. Любые переговоры становятся опасным делом, когда они затрагивают исключительно экономические интересы: подрывная экономическая пропаганда, изложенная грубым, вульгарным языком, рассчитанным на массы, подвергается рационализации и облагораживается на подступах к особенно высокопоставленным группам и личностям. Для каждого найдется своя эффективная форма. Такие действия не должны считаться обычными защитными мерами: нацисты уклоняются от них. Есть только одна эффективная защита — в одинаковой степени индивидуальная и выразительная формулировка определенных идей, в их детальном рассмотрении, а не в общих выражениях.
