Затем, продолжил бы Гитлер, нужно учесть все национальные разногласия. Бывшие европейские народы, еще не совсем американизированные во втором и даже в третьем поколении, загнанные в гетто больших городов, особенно чувствительны к любому сорту пропаганды. Или взять тех, кто остался в тесном контакте со своей родиной, и обладает, таким образом, раздвоенной преданностью, что в настоящее время очень опасно. Когда даже население стран с давно укоренившейся национальной традицией может быть поколеблено в своей вере, в своей преданности этим традициям, и которое можно склонить отказаться от всех своих убеждений, как от поношенного плаща, чего уж следует ожидать от эмигрантов, которых еще не затронули политические и социальные идеи Нового света!
В заключение он бы указал на отсутствие в США боеспособной армии и строгой дисциплины, сдерживающей проявление индивидуализма и неограниченных свобод. Кажется, все пронизано коррупцией и продажностью, даже в высших слоях общества. Концентрация на ловком бизнесе не может не нейтрализовать запрещения, которые все еще существуют в Германии и в европейских странах. Кроме этого, в Америке настолько много амбициозности, что в результате можно подкупить выдающихся людей, внушив им патриотические чувства. Несмотря на явно бедственное положение и слабость, лозунг "проснись Америка" может оказать большое воздействие на них. Перспектива спасения Америки от бедствия может стать соблазном для патриотов, которые находятся в отчаянном положении.
В Германии нацизм проложил себе путь к победе с помощью элемента, известного как "зыбучие пески". Массы аполитичных людей, разоренные войной и инфляцией, потеряли все. Маленькие люди, у которых не осталось никакой надежды, служащие и чиновники; их больше, чем рабочих ниже среднего класса или пролетариев. Масса такого экономического, политического, социального и морального "зыбучего песка" особенно велика в Америке. А Америка уже больше не является страной неограниченных возможностей. Сохранились старые элементы напряженности, к ним добавились новые: расовый, негритянский вопрос, разногласия между Северными и Южными штатами. Гитлер рассчитывал извлечь серьезную выгоду из расовых проблем. Он верил, что разногласия, вызвавшие гражданскую войну, отнюдь не устранены. Гитлер рассчитывал вызвать такие же разногласия, как и в Германии, оживив былые расхождения во взглядах и распри. Ему казалось, что существует возможность возврата к старым и более качественным формам американского общества. Таким образом, он хотел склонить на свою сторону ту часть нации, которая скептически относится к силе современной массовой демократии, и которая с упоением смотрит назад, на времена своих предков, как на романтическое прошлое, куда более приятное и надежное.
Помимо прочего, существовал еврейский вопрос. Казалось почти детской забавой разжечь антисемитизм в Америке и использовать его для активизации революционных элементов, как это было сделано в Германии, имея в виду огромное еврейское население в городах и проникновение евреев в преуспевающие круги. Активный антисемитизм, в котором нацизм постепенно достиг совершенно безнравственных результатов и рупором которого стала газета Юлиуса Штрайхера, оказался средством, благодаря которому первые действующие пропагандистские группировки распространились по всему миру. Уже видно какую роль в успехе Гитлера сыграл антисемитизм и кампания против масонства во Франции. То же самое было и в Польше, и в Чехословакии, и в Австрии. Повсюду антисемитизм становился отправной точкой в разжигании раздора, в расколе политического единства, сеял подозрительность и расчищал путь для революционного наступления на частную собственность.
