За секунду в Витиной голове пронеслись мысли, одна другой страшнее. Кто ему поверит? Скажут, пришёл изголодавшийся, а то ещё и опущенный, из армии, устроился к деткам поближе и… Пока что, никакого выхода, кроме как застрелиться, в голову не приходило. Посвящение: Серебристому Водолею. Девушке острого слова, острого клыка и острого когтя. Беты (редакторы): elena130-71 Примечания автора: Ворнинг: в рассказе присутствует первобытное зло в лице мелкого пизданутого интригана, воспылавшего гомо-страстью ко лбу-охраннику, и всячески притесняющего оного в его гетеро-правах. Такие у них, у негодяев, негодяйские дела. Если вас смущает любое моральное принуждение, воздержитесь от прочтения. Вы предупреждены.
Глава I
- Ка-а-ара-а-а! – вопил невыносимый подросток под окнами школы.
- Эк, как надрывается, сердешный, - покачала головой пожилая уборщица, елозя широкой шваброй по полу школьного коридора. – Грабят его там, что ли?
Витя с неприязнью рассматривал в окно источник шума. Самодовольная морда Витиного ночного кошмара отчётливо различалась даже в зимних сумерках. На сколько ещё хватит Витиного железного терпения?
Вылетев с третьего курса института и отслужив в армии два положенных года, младший сержант Виктор с прокурорской фамилией Кара вернулся в гражданскую жизнь четыре месяца назад. Решив доучиться-таки в институте, Витя восстановился на вечернем отделении и вгрызся в специальность техника-программиста. Обучение велось по будням, в вечерние часы, а при свете дня Витя охранял покой учащихся школы №1097, расположенной недалеко от его дома. Устроиться туда его упросила соседка, завуч той самой школы, Наталья Сергеевна. По какому-то новому распоряжению спиногрызам требовалась охрана, а на смешную зарплату школьного охранника шли либо последние пропойцы, либо стрёмные извращенцы. Почти двухметровый «Витюша», по мнению завуча, идеально подходил на должность цербера школьных застенков. Парень честно предупредил, что поохраняет только до тех пор, пока не найдёт нормальную работу, но с его вечерним обучением на хорошее место надежды было мало.
Ученик одиннадцатого «Б» класса Артём Васильков атаковал нового охранника в первый же день появления оного на рабочем месте.
- А как вас зовут? А рост у вас какой? А пистолет у вас есть? А откуда у вас шрам на щеке? – засыпал тот вопросами опешившего охранника на первой перемене, разглядывая его своими марсианскими, широко расставленными глазами.
Васильков говорил со скоростью сто слов в минуту, не дожидаясь ответов на свои нескончаемые вопросы, и постоянно перемещался в пространстве. Вот только что он стоял напротив тебя и, вдруг, бац – он уже перевесился сзади через твоё плечо, дочитывая твои конспекты на столе. И всё это не закрывая рта! Частенько Витя не сразу мог понять, откуда тот говорит – удивлённый охранник крутил головой в поисках источника звука, словно жертва галлюцинаций. Через пару недель Виктор начал замечать, что неугомонный Васильков спецом прибегает к нему на первый этаж на каждой перемене. Учителя сочувственно поглядывали на Витю, но никто не спешил отгонять орального террориста от молчаливого охранника. Видимо, тихонько радовались, что сбагрили это ходячее радио на безответного парня.
- Ты от снайпера, что ли, ныкаешься? – раздражённо спросил Витя, когда у него начала кружиться голова от мельтешащего перед глазами старшеклассника. – Чего тебе на месте не стоится?
Васильков затрещал, вылупив на охранника свои глазищи цвета оловянной поварёшки.
- Это не я быстро двигаюсь, это вы медленно соображаете. А вы на программиста учитесь? Зря. С вашим телосложением лучше на столяра там, или на газоэлектросварщика, или…
Артём взялся перечислять профессии для Витиного телосложения, загибая пальчики и глядя куда-то вверх, а тот, собрав в горсть всё своё мужество, считал секунды до звонка на урок.
Прошло три месяца, на дворе стоял декабрь, а Витя всё ещё работал охранником, совмещая бдение за цветами жизни со своей учёбой. В школе Виктора ценили. В основном его ценность была в его грузоподъёмности и безотказности. Перенести мебель, передвинуть рояль, повесить дверь, прибить полки – для всего этого звали «Витюшу». Васильков же преследовал Виктора, словно дух умершего родственника, а последние недели он даже стал приходить вечером, когда уроков уже не было, а были только факультативы и кружки. Каждый раз он вроде как проходил мимо и заглядывал поболтать с охранником, «чтоб ему не скучно было».
- Ка-а-ара-а-а! – разрывался на улице Васильков, глядя на Виктора через здоровенное окно на первом этаже.
Витя вздохнул и поплёлся к входной двери. Артём радостно поскакал под козырёк школы.
- Ну, чего тебе? – кисло спросил Виктор, отперев дверь. После уроков, по инструкции, школа закрывалась на ключ, и охранник должен был контролировать всех сюда входящих.
- Выходите курить, - закрутился проныра рядом с приоткрытой дверью. – Я вот с кино иду, там про космическую станцию, так у них там трос оторвался - и привет. Вы что, постриглись? Мои на выходных собаку стригли, так он парикмахера за ухо цапнул. Сдали информатику вчера?
Витя поморщился. Как его родители терпят? Он же как попугай Кеша, вообще не выключается!
- Артём, - рявкнул Виктор, прерывая энергичного оратора. – Иди домой, поздно уже. Давай.
И – о, наивный! – попытался закрыть дверь. Васильков протиснул ботинок в щель закрывающейся двери и выпалил:
- Нельзя мне домой, меня там убьют!
Витя с секунду, не без удовольствия, посмаковал в уме такую перспективу и уточнил:
- Прямо убьют? - хотелось гарантий.
- Прямее не бывает! – закивал Васильков и замолчал.
Витя удивлённо поглядел на Артёма, соображая, что, наверное, это первый раз, когда он видит его с закрытым ртом. Подумав, что он об этом наверняка пожалеет, Витя всё-таки спросил:
