| "Will there be any mass?" asked one of the attendants. | - Отпевание будет? - спросил один из офицеров. |
| "That is impossible," replied the governor. "The chaplain of the chateau came to me yesterday to beg for leave of absence, in order to take a trip to Hyeres for a week. | - Это невозможно, - отвечал комендант. -Тюремный священник отпросился у меня вчера на неделю в Гьер. |
| I told him I would attend to the prisoners in his absence. | Я на это время поручился ему за своих арестантов. |
| If the poor abbe had not been in such a hurry, he might have had his requiem." | Если бы бедный аббат не так спешил, то его отпели бы как следует. |
| "Pooh, pooh;" said the doctor, with the impiety usual in persons of his profession; "he is a churchman. God will respect his profession, and not give the devil the wicked delight of sending him a priest." | - Не беда, - сказал врач со свойственным людям его звания вольнодумством, - он особа духовная; господь бог уважит его сан и не доставит аду удовольствие заполучить священника. |
| A shout of laughter followed this brutal jest. | Громкий хохот последовал за этой пошлой шуткой. |
| Meanwhile the operation of putting the body in the sack was going on. | Тем временем тело укладывали в мешок. |
| "This evening," said the governor, when the task was ended. | - До вечера! - повторил комендант, когда все кончилось. |
| "At what hour?" inquired a turnkey. | - В котором часу? - спросил тюремщик. |
| "Why, about ten or eleven o'clock." | - Часов в десять, в одиннадцать. |
| "Shall we watch by the corpse?" | - Оставить караульного у тела? |
| "Of what use would it be? | - Зачем? |
| Shut the dungeon as if he were alive-that is all." | Заприте его, как живого, вот и все. |
| Then the steps retreated, and the voices died away in the distance; the noise of the door, with its creaking hinges and bolts ceased, and a silence more sombre than that of solitude ensued,-the silence of death, which was all-pervasive, and struck its icy chill to the very soul of Dantes. | Затем шаги удалились, голоса стали глуше, послышались резкий скрип замыкаемой двери и скрежет засовов; угрюмая тишина, тишина уже не одиночества, а смерти объяла все, вплоть до оледеневшей души Эдмона. |
| Then he raised the flag-stone cautiously with his head, and looked carefully around the chamber. | Тогда он медленно приподнял плиту головой и бросил в камеру испытующий взгляд. |
| It was empty, and Dantes emerged from the tunnel. | Она была пуста. Дантес вышел из подземного хода. |
| Chapter 20. | XX. |
| The Cemetery of the Chateau D'If. | Кладбище замка Иф |
| On the bed, at full length, and faintly illuminated by the pale light that came from the window, lay a sack of canvas, and under its rude folds was stretched a long and stiffened form; it was Faria's last winding-sheet,-a winding-sheet which, as the turnkey said, cost so little. | На кровати, в тусклом свете туманного утра, проникавшем в окошко тюрьмы, лежал мешок из грубой холстины, под складками которого смутно угадывались очертания длинного, неподвижного тела: это и был саван аббата, который, по словам тюремщиков, так дешево стоил. |
| Everything was in readiness. | Итак, все было кончено. |
