| The footsteps-they were double-paused at the door-and Dantes guessed that the two grave-diggers had come to seek him-this idea was soon converted into certainty, when he heard the noise they made in putting down the hand-bier. | Шаги остановились у дверей. Дантес различил двойной топот ног и понял, что за ним пришли два могильщика. Эта догадка превратилась в уверенность, когда он услышал стук поставленных на пол носилок. |
| The door opened, and a dim light reached Dantes' eyes through the coarse sack that covered him; he saw two shadows approach his bed, a third remaining at the door with a torch in its hand. | Дверь отворилась, сквозь покрывавшую его холстину Дантес различил две тени, подошедшие к его кровати. Третья остановилась у дверей, держа в руках фонарь. |
| The two men, approaching the ends of the bed, took the sack by its extremities. | Могильщики взялись за мешок, каждый за свой конец. |
| "He's heavy though for an old and thin man," said one, as he raised the head. | - Такой худой старичишка, а не легонький, -сказал один из них, поднимая Дантеса за голову. |
| "They say every year adds half a pound to the weight of the bones," said another, lifting the feet. | - Говорят, что каждый год в костях прибавляется полфунта весу, - сказал другой, беря его за ноги. |
| "Have you tied the knot?" inquired the first speaker. | - Узел приготовил? - спросил первый. |
| "What would be the use of carrying so much more weight?" was the reply, "I can do that when we get there." | - Зачем нам тащить лишнюю тяжесть? - отвечал второй. - Там сделаю. |
| "Yes, you're right," replied the companion. | - И то правда; ну, идем. |
| "What's the knot for?" thought Dantes. | "Что это за узел?" - подумал Дантес. |
| They deposited the supposed corpse on the bier. | Мнимого мертвеца сняли с кровати и понесли к носилкам. |
| Edmond stiffened himself in order to play the part of a dead man, and then the party, lighted by the man with the torch, who went first, ascended the stairs. | Эдмон напрягал мышцы, чтобы больше походить на окоченевшее тело. Его положили на носилки, и шествие, освещаемое сторожем с фонарем, двинулось по лестнице. |
| Suddenly he felt the fresh and sharp night air, and Dantes knew that the mistral was blowing. | Вдруг свежий и терпкий ночной воздух обдал Дантеса; он узнал мистраль. |
| It was a sensation in which pleasure and pain were strangely mingled. | Это внезапное ощущение было исполнено наслаждения и мучительной тревоги. |
| The bearers went on for twenty paces, then stopped, putting the bier down on the ground. | Носильщики прошли шагов двадцать, потом остановились и поставили носилки на землю. |
| One of them went away, and Dantes heard his shoes striking on the pavement. | Один из них отошел в сторону, и Дантес услышал стук его башмаков по плитам. |
| "Where am I?" he asked himself. | "Где я?" - подумал он. |
| "Really, he is by no means a light load!" said the other bearer, sitting on the edge of the hand-barrow. | - А знаешь, он что-то больно тяжел, - сказал могильщик, оставшийся подле Дантеса, садясь на край носилок. |
| Dantes' first impulse was to escape, but fortunately he did not attempt it. | Первой мыслью Дантеса было высвободиться из мешка, но, к счастью, он удержался. |
| "Give us a light," said the other bearer, "or I shall never find what I am looking for." | - Да посвети же мне, болван, - сказал носильщик, отошедший в сторону, - иначе я никогда не найду, что мне нужно. |
