Огненная стрела обрушилась с небес на тварь, со свистом рассекая воздух, а затем раскрылась ослепительной вспышкой. Пламенный бутон горел несколько секунд, растопив последний снег, спекая песок и землю в стеклянное месиво, и буквально зажаривая тварь через все её щиты, оставляя только черное прогоревшее до углей мясо.
Стоило первой вспышке погаснуть, как на её месте загорелась вторая, а затем и третья. Отступив, я нашел в небесах зависший Феникс, мой истребитель, очевидно пилотируемый Ангелиной и Марией. Девушки, не жалея крайне редких боеприпасов били в одну точку, раз за разом, пока не кончился боезапас.
— Неужели всё? — не веря своим глазам проговорил Филарет.
— Нет… оно ещё живое. — мрачно ответил я, в истинном зрении видя, что под черной сплавившейся коркой ещё остается жизнь. Жуткая, совершенно неестественная, но при этом буквально фонящая силой. И спустя несколько секунд мои опасения оправдались.
Угольная черная масса пошла кровавыми трещинами, из которых вырывался пар. В нос ударил отвратительный запах горелого человеческого мяса, спекшейся крови и чего-то еще. Но разбираться в вони не хотелось. Рывком я приблизился вплотную к массе и воткнул в нее огненный меч, ушедший в плоть до половины лезвия.
Взвывшее чувство опасности заставило меня вновь отскочить проч. Как раз вовремя. Десяток костяных клинков ударило в то место, где я стоял, а из обгорелой горы плоти поднималось существо, отдаленно напоминавшее паука на длинных костяных ногах, заканчивающихся лезвиями.
— Проводящая кость. — не веря собственным глазам проговорил я. И тем не менее, это была правда. Точно такие же кости были у встреченного нами в Тунгусской зоне кабана. Вот только там это было животное, пусть дикое и опасное, но всё же животное. А тут…
Десяток, или даже больше, лап, состоящих из сросшихся человеческих костей, едва обтянутых на суставах соединениях плотью, сходились в одной точке, прикрывая кожаный двухметровый мешок, из которого во все стороны торчали кровоточащие черепа, некоторые из которых сохранили глаза, а другие продолжили выть. А в центре этой жуткой конструкции бились десятки спаянных воедино сердец, прогонявших через себя не только бесполезную для неживого тела кровь, но и энергию.
— Я прикрою. — заверил подбежавший ко мне Филарет, и словно отвечая на его вызов тварь ударила сразу несколькими лапами, заканчивающимися острыми полутораметровыми шипами. Я отскочил в сторону, парировав выпад противника и отведя его в сторону, а вот патриарх понадеялся на свой щит. И зря.
Три костяных шипа ударило в него одновременно, щит мигнул и начал резко уменьшатся. Вовремя сообразивший что происходит что-то не то Филарет перехватил две из вражеских лап, попытался отойти, но третья нога пробила щит, черную рясу священника и его бок, выйдя с противоположной стороны на десяток сантиметров.
Вот только кровь Филарета, которая должна была политься на землю, потекла по костяной лапе к жадной до плоти твари. Понимая, что это не только убьёт патриарха, но и усилит дьявольского паука, я рывком пошел в контратаку, увернулся от метнувшихся мне на встречу лап, и ударил по суставу, отрубая конечность.
Монстр взвыл и бросился на меня, но врубив третий глаз на максимум я умудрился проскользнуть между атаками твари, подхватить рухнувшего на землю Филарета и рывком уйти из опасного радиуса. Монстр такого маневра не оценил, и бросился вдогонку, но я уже успел бросить тело выжившим, а сам рвануть наперерез твари, отвлекая её от беззащитных людей.
Несколько минут слилось в постоянной череде выпадов, контратак и ухода от вражеских лап. Я сражался на пределе своих возможностей, используя одновременно конструкты, чакры и разогнанные до предела меридианы. Шах полностью отдал накопленную энергию, но и тварь лишилась части сил, оставшись почти без щита.
А потом люди напомнили кто хозяин этого мира. Несколько огненных струй ворвалось в нашу схватку, заставив меня вынырнуть из жуткой череды атак и отступить, на секунду посмотрев на ситуацию со стороны.
Первая рота, получившая время на перегруппировку, облачилась в усиленные штурмовые доспехи, взяла рекомендованные огнеметы и снаряды с напалмом, и теперь заливала тварь со всех сторон, не позволяя вырваться из адской западни. Паук, попытавшийся выпрыгнуть из пламени, получил несколько выстрелов бронебойными снарядами по конечностям, и даже проводящая кость не выдержала таких разрушений.
Лишившийся сразу трети лап монстр завалился на бок, и его щиты тут же просели под огненным дождем и непрекращающимся градом из снарядов. Я же лишь наблюдал как ребята слаженно выполняют свою работу, не останавливаясь не на секунду. Даже когда, казалось, что от монстра не осталось ничего живого, они продолжили расстрел, пока не разбили кожаный мешок на несколько частей и не выжгли искаженные сердца до состояния пепла.
