Они, как пища для хищников, стали легкой добычей для вражеских стрел и мечей. Вначале они даже не мечтали о месте среди элиты, но судьба свела их с королевской гвардией, численность которых было необходимо увеличить, как последнюю надежду на спасение.
После грандиозного сокрушения Коалиции Благородных, при войне с Виноградскими, императорская гвардия испытывала огромный дефицит личного состава… Для Николая I не оставалось иного выхода, кроме как перебросить лучших из лучших из других менее оснащенных дивизий.
Тем не менее, разочарование сверкало на его лице, словно молния на небосклоне. Он не мог скрыть горький вздох, проронив:
— Под натиском врага мы потеряли слишком много. В общей сложности, мои солдаты не могут сравниться с их сноровкой и мастерством.
Если бы они обладали хотя бы немногим большим мастерством, возможно, он смог бы потребовать голову Бычерога преподнести ему на блюде.
Постепенно Николай I замедлил ход своего коня, приближаясь к входу в необъятный дикий лес. Остальные вслед за ним, повторили его движение. Шаг за шагом, они углублялись в непроглядные чащи леса.
Возможно, оставив армию Бычерога вдали, теперь они в без опасности и нет угрозы внезапного нападения. Вероятно, что ещё не скоро враги смогут вернуться в строй, после столь серьезного урона, нанесенного им. Теперь, наконец, солдаты могли двигаться вперед с уверенностью, давая своим верным скакунам немного покоя после нескольких часов безжалостной скорой езды.
Тихо, словно легкий шепот природы, группа двигалась сквозь густой лес, в то время как солнце плыло на небосклоне. Это было раннее утро, время, когда природа только пробуждалась к жизни, и для этих отважных воинов начался новый день полон неведомых опасностей.
Каждый из отважных воинов, изголодавшись за все это время, медленно извлекли из своих сумок ту скудную порцию еды, которую приготовили накануне. В желудках солдат урчал голод, ведь они потратили столько энергии за сегодняшний бой.
Император Николай I также взял пример со своих бойцов. Он извлек из своей пищевой сумки нечто, что давно стало для него редкостью — буханку сухого черного хлеба и вяленое мясо. Он ел и размышлял, не жалуясь на неизбежные жертвы, которые приходится приносить во имя своей империи.
Внутри леса, между густой зеленью и высокими деревьями, шуршала листва, и чирикали птицы, создавая атмосферу необычного напряжения. Несмотря на все это, солдаты уставились на императора, будто никогда прежде не видели, как глава государства рядом с ними принимает пищу. Может быть, для них это был своеобразный ритуал, вознаграждение за победу, или же просто любопытство перед лицом столь великой личности.
Внутри Николая I, внезапно, возник порыв беспокойства. Он чувствовал, что что-то не так, что что-то ужасное грозит случиться в любую секунду. Его охватило головокружение, и мир вокруг стал туманным и искаженным. Не успев закончить свой ужин, он уронил недоеденное на землю, но было уже слишком поздно. Яд, тайно внедренный в его пищу, начал разлагаться в его организме.
Император с трудом пытался удержаться в седле, но не смог и свалился издавая громкий грохот падения. Он протянул руку за помощью к своим солдатам, надеясь на поддержку от своих верных слуг. Однако никто не двинулся навстречу ему. Они просто наблюдали, как он медленно терял силы в борьбе с ядом, будто император сражался с демонами внутри себя.
Филип, командующий императорской армией, невозмутимо произнес:
— Вот теперь, ваше величество, яд начинает свою работу. Я даже стал беспокоиться, когда ничего не происходило. Но теперь я могу наконец почувствовать облегчение.
С трудом дыша и с обеспокоенным взглядом, Николай I уставился на Филипа. Его глаза говорили больше, чем могли бы сказать слова. Сквозь его ум метались вопросы.
Если бы взгляды могли убивать, то Филип был бы уже давно мёртв, навсегда уйдя в прошлое.
Николай I, почти не владея своей речью, вымолвил из последних сил:
— Ты… я знаю, что это не ты придумал…
— Не только я, — ответил тот, с усмешкой. — Думаю, ваше величество, вы можете угадать, кто стоит за этой интригой. Он уже не мог ждать, и он решил ускорить ваше уход на покой.
Его слова казались нереальными для Николая I. Но, возможно, в этот момент его разум немного прояснился, и он осознал, что его сын Нильс — последний наследник, мог выступить против него. Дворяне были бы рады этому развитию. Но что же он наделал, глупец?
Николай I больше не мог продолжать диалог. Шок и страх унесли все его слова. Филип улыбнулся, зная, что его цель достигнута.
— Ваше величество, вы жили слишком долго.
Однако внутри себя император собрал остатки сил и попытался анализировать свою критическую ситуацию. Яд, как он надеялся, действовал медленно, либо его целью было парализовать, так что у Николая I был последний шанс.
Страх, опустившийся на его душу, был огромен, но он знал, что необходимо действовать, если он хотел остаться в живых. Он все еще надеялся, что кто-то пройдет мимо этого леса и услышит его крики о помощи, ибо только чудо могло спасти его от этого заговора.
