- Почему ты тянул так долго? - это с недовольством спрашивает Лайк. - Что, если бы я появился в Байвенне раньше? У нас был уговор: к моему приезду статуя должна быть обезглавлена.
- Но ведь так и случилось!
- Говори тише! По твоей милости я угодил в самый центр заварухи! Все должно было пройти гораздо раньше, чтобы шум улегся.
- Вот именно, шум! Ты думаешь, легко сбить голову статуи, которая торчит посреди самого людного места в порту? Да еще уволочь эту болванку… Зачем ее нужно было забирать?
- Чтобы статую не смогли восстановить к моему приезду! Я ж думал, ту управишься скорей! Кстати, куда ты дел голову?
- Утопил там же, у пирса. Ты собираешься вручить мне остальные монеты, старик?
- Вот они, держи.
Морт не решался высунуться и поглядеть на Лайка и его собеседника, так что он напрягал слух и как будто разобрал тихое звяканье, когда старик вручил наемнику плату. Потом звякнуло еще раз, человек подкинул кошель на ладони.
- Проклятые деньги! И проклятая работенка. Ты знаешь, сколько народу полегло в Байвенне из-за этой выходки?
- Они сами виноваты, что позволили себя безропотно казнить.
- Они же не знали! Не были готовы! Проклятье! Лед бы тебя взял, старик…
- Ты можешь истратить монеты на помощь семьям погибших, - буркнул Лайк, - раз уж у тебя вдруг проснулась совесть.
- Оставь мою совесть в покое, старик, - в голосе незнакомца звучала злоба. - Верно говорят, кто связался с магом, тот уронил душу в лед.
- Придержи язык, Шкура, - сказал Лайк, теперь и в его интонациях звучала угроза. - Не то пожалеешь.
- А что ты мне сделаешь, старичок? Без своего посоха ты всего лишь дряхлая развалина. Может, мне стоит сейчас убить тебя, а после объявить, что это ты изувечил статую Ирго в порту? А что, все поверят! От вашего брата, магов, только и жди беды! Все будут рады, если я прирежу колдуна. Вот я сейчас…
- Ну что ж, ты сам напросился.
- Чего?
Захлопали крылья, Морту этот шум показался ужасно громким. Незнакомец, которого маг назвал Шкурой, коротко вскрикнул, потом раздались звуки борьбы, шорох, хруст и наконец - падение тяжелого тела. Морт осторожно выглянул - в переулке лежал человек, над ним склонился серый маг. Ворон клевал лицо покойника, устроившись у него на лбу. Лайк взмахнул рукой, сгоняя птицу:
- Не надо, друг мой, не теперь! Ты славно поработал, и заслужил награду, но у нас нет времени на это… не нужно, что следы твоего клюва были слишком заметны. Старик накинул на лицо Шкуры полу плаща - не своего, а плаща, принадлежавшего мертвецу. Потом в его руке блеснул нож. Клинок мерно взлетал и опускался - Лайк наносил удары по закутанному лицу. Ворон расхаживал рядом.
Морт торопливо отшатнулся, тихонько попятился, потом повернулся и побрел к "Ласковому голубю". Кажется, теперь он совсем ничего не понимал. Даже меньше, чем ничего.
Проснувшись утром, Морт первым делом бросил взгляд на постель Лайка. Серого мага на месте не было. Впрочем, посоха у его кровати тоже не оказалось. Значит, он все-таки возвращался и снова ушел?
- А где наш старичок? - спросил Морт, стараясь, чтобы это прозвучало как можно равнодушнее.
- Он ушел, - откликнулся Туйвин, - и велел никому из комнаты не отлучаться и здесь не шуметь. Скоро должны подать завтрак.
Морт оделся и стал точить меч. Верней, не точить, а без нужды возить промасленной ветошью вдоль клинка. Лезвие в этом не нуждалось, но Морту было спокойней, когда он хотя бы изображал, что занят делом. Махаба, глядя на него, вытащил из чехла свой "драконий" лук.
- Что, - подмигнул Морт - будешь точить его?
Махаба шутку не поддержал, ощупал древко, слегка согнул на пробу и снова стал увязывать в шкуры. Потом явился Густиль с подносом.
- Что в городе? - спросил его Морт.
- Плохо, - печально ответил хозяин заведения. - В двух кварталах отсюда зарезали человека. Сейчас ко мне приходил посыльный, собирают членов общины. Цеха и торговые братства будут выбирать новый Совет.
- Ты тоже участвуешь в выборах?
- Конечно! Я же состою в торговом товариществе! У нас свой представитель в магистрате! Эх, трудно будет выбрать… После вчерашнего солидные рассудительные люди вряд ли захотят занять место в Совете.
- Сидеть на стуле мертвеца - плохая примета, - кивнул Махаба.
- Не в том дело… в нынешние дни выходит, что член Совета не сидит на стуле, а стоит на нем с петлей на шее. И ждет удара сапогом, который выбьет из-под него этот стул, так говорят на улицах. Невеселая шутка!
- Невеселая, - согласился Морт, - а человек, которого убили в двух кварталах от постоялого двора - кто он?
- Пока непонятно, его лицо сильно изрезано. Должно быть, убийца нарочно изуродовал, чтобы не узнали. Но в руке у этого бедняги был здоровенный кинжал, вот как. Хорошо бы, если это разбойники сводили между собой счеты, но почему рядом с моим заведением? О Солнце, ну почему рядом с моим!..
Лайк возвратился после полудня.
