— Здесь я была последний раз. Это западная часть Похоти, если тебе интересно, — кинула через плечо Джулия. Фёдора такой ответ вполне удовлетворил, он, так же как и Николай разглядывал скалы.
— Я сейчас открою проход к «Пепельному перевалу», — паладин достала ЁЁ и принялась рисовать в воздухе печать.
— И далеко оттуда до гнезда? — сквайру был очень интересно, как они будут перебираться со скалы на скалу, если окажется, что гнездо где-нибудь наверху.
— Около часа пути, если всё тихо будет, — Джулия уже почти завершила печать. — Как перенесёмся, сразу гнездо увидим, только чтобы к нему подобраться придётся спуститься немного ниже. Там перемычка есть между двумя скалами, по ней и пойдём. Потом ещё наверх подниматься, так что час это самое меньшее.
— А откуда такие подробности известны? Да и вообще, откуда интересно руководство узнало, что чаша в этой пещере. Что ей в пещере камнеедов-то делать? — на этот раз Николай обратился сразу ко всем.
— У Корина было видение. Из него и узнали где чаша, — Джулия завершила печать и открылся проход, от которого в сторону устремился пучок энергии, словно трос, связавший его с выходом. — А подробности географии в хрониках первой Священной войны записаны. Ад не маленький, нужны были и карты и короткие пути. Так что Лимб и Похоть практически полностью на карты нанесены, а вот Обжорство плохо изучено.
— Обжорство? По-моему третий круг Чревоугодием называют, — Джирли, подметивший ошибку паладина, хихикнул.
— Ты же понял, что я про третий круг. Тогда какая разница как называть?
— Ну, так-то оно так, конечно.
— Вот и отлично. Давайте по одному. Фёдор первый, я замыкаю.
Отряд направился в проход. На этот раз Николай вышел с другой стороны благополучно. Его лишь качнуло в сторону, но он удержался на ногах. В следующее мгновенье на лбу у него выступил пот. Если бы он свалился, то вполне мог угодить прямо в пропасть. Тем временем из прохода вышла Джулия, и он тут же захлопнулся. Пересчитав взглядом отряд, она обратилась к Фёдору.
— В ближнем бою тут тяжело драться, так что если что, просто меня прикрывайте. Моя девочка справиться с дальними целями. — ЁЁ словно в благодарность зажужжало, возвращаясь в руку хозяйки.
Николай отвёл от неё взгляд и замер. Далеко за Джулией возвышалась огромная пологая гора, вся она словно дымилась. Вверх поднимались столбы густого чёрного дыма. Изредка поверхность горы освещали струи огня, словно извергался маленький вулканчик. Проследив за его взглядом, паладин сказала:
— Пепельный перевал, близко к нему не подойти, жар такой, что кожа обгорает за считанные секунды…
С минуту весь отряд наблюдал за огненной горой. Насмотревшись, начали путь. Выступ плавно уходил вниз, опоясывая скалу. Рядом с его нижним краем имелась расщелина. Она поросла каким-то мхом, который распространял кислый запах. Протиснувшись внутрь, Николай весь выпачкался этим мхом и сам стал вонять не хуже расщелины. В пещере оказалось абсолютно темно, но не успел он это понять, как вспыхнуло пламя. Фёдор сжал кулак правой руки, и перчатку охватило оранжевое пламя.
— И факел не нужен! — усмехнулся Николай.
— У нас они есть кстати, — Джирли похлопал по рюкзаку, который нёс на спине.
— Эээ… А чего вы туда понапихали?
— Еду, одноразовые лампы, контейнер для чаши.
Николай не удивился, что отряд Фёдора успел подготовиться гораздо лучше его. Возможно, им сообщили раньше, а его решили взять в последний момент. Нахмурившись от этой мысли, сквайр побрёл дальше. Он шёл почти в середине процессии, начинал которую Фёдор, а замыкала Джулия, поэтому волноваться особо не приходилось. Если какой демон и появится, то точно не в центре отряда. Так они шли почти двадцать минут, всё глубже спускаясь в пещеру. К слову проход всегда шёл вправо, вероятно он кругами пронизывал скалу, постепенно уходя вниз. Николай сам того не заметив, прекратил следить за обстановкой — всё было спокойно. Начав разглядывать окружавший их камень, он немного удивился. Камня почти не было видно, всю поверхность покрывал сине-зелёный мох. Из некоторых трещин пробивались ростки неведомых растений. В общем, картина была полностью противоположной миру снаружи, где царил холодный ветер и серый безжизненный камень.
— Внутри так тепло и уютно, кхм… — Николай задумался, где то он уже слышал подобное.
