— Этот подвиг будет сохранён в летописях Ордена навсегда. Но на этом радости сегодняшнего дня не иссякают! Сквайр Николай! — Николай сделал шаг вперёд, вновь приняв приветственную стойку. — За долгую и успешную службу. За смелость и талант, проявленный вами в бессчетных заданиях. За успешное выполнение тяжелейшего за последние годы поручения в составе штурмового отряда. За возвращение чаши Гигии. Я возвышаю вас до Инквизитора третьего ранга и лично отмечаю ваши выдающиеся навыки.
Глава Ордена опустил руки и пару раз ударил в ладоши, весь зал тут же заполнился криками ликования и аплодисментами. Отряд тоже аплодировал инквизитору. На их лицах светились улыбки, они были по-настоящему рады…
Кнут щёлкнул прямо над головой, но Николай безукоризненно уклонился от выпада оппонента. Словно тень, скользнув в сторону, он оказался сбоку от него. Взмахнув тренировочным копьём, инквизитор нанёс горизонтальный удар. Роберт, хорошо знакомый с приёмами своего друга, парировал удар мечом и разорвал дистанцию.
— Эй! Третий раз я не попадусь на это! — азартно сощурившись, парень бросился в атаку.
Обменявшись ударами, противники снова отскочили в разные стороны. Если бы нужно было подводить итог тренировки прямо сейчас. Роберт был бы признан проигравшим. Его дыхание уже начало сбиваться, а точность ударов заметно снизилась.
— Уводишь центр тяжести влево. Действуй плавней, — Николай склонил голову в бок, оценивающе рассматривая оппонента.
На этот раз парень пустил в ход кнут. Увидев, что Николай наклонился вправо, увернувшись от кончика кнута, и пытается сократить дистанцию, Роберт втянул живот и чуть отстранился назад. Копьё просвистело совсем рядом, но не коснулось его. Не теряя времени, он наискосок рубанул мечом, целясь в левое плечо, которое было открыто после горизонтальной атаки. Николай просто продолжил смещаться вправо и довернул корпус. Пропустив меч вдоль левого плеча, он развернулся и локтем ударил оппонента прямо в шлем. Роберт потерял равновесие и грохнулся на мягкий настил. Сняв сползший шлем, он громко рассмеялся. Николай секунду смотрел на веселящегося друга и, не удержавшись, хохотнул. Не так громко и беззаботно как Роберт, но даже этого хватило, что бы немного сбросить накопившуюся за последние дни тяжесть.
— Спасибо за урок, мистер инквизитор! — наигранно учтиво выкрикнул Роберт.
— По-моему он не сильно помог. Кстати… Ты почему на церемонию не пришёл, а?! — Николай навис над сидящем на полу парнем.
— Не смог. По делам мотался в другом городе, ты уж извини, — почесав ушибленный лоб, ответил парень.
— Вечно ты так! Хотя ничего интересного там не было. Старикан только распинался. Раньше-то я недостоин был, а как чашу притащили, так сразу героем стал.
— Ну не знаю… — протянул Роберт. — Я вот совсем не удивился, что тебе инквизитора присвоили.
— Почему? По-моему я не слишком подхожу. На Фёдора вон посмотришь, сама строгость блин! А я что?
— Да, ладно тебе. На самом-то деле ты ещё тот служака.
— А?
— Что удивляешься? Ты только снаружи кажешься не слишком исполнительным, а ведь ни разу не забыл отчёт сдать.
— Ну, так надо же, — Николай слегка обалдело смотрел на друга, который начинал напоминать ему психоаналитика.
— Брось! С меня уже месяц трясут один и ничего из Ордена выгонять вроде не собираются. Знаешь, мне кажется, тебе так жить проще. Ну, типа всё сдано, всё улажено. Никаких посторонних мыслей. А вообще ты больно зациклен на Ордене.
— В смысле?
— Ну, ё моё! Все эти твои: Орден знает что делает. Орден не проиграет. Орден, орден, орден.
— Эээ… Я, правда, так говорю?
— А то! Говорю же ты ещё тот служака! — Роберт поднялся на ноги и принялся сматывать кнут. Николай же задумался над его словами:
— Ну, хоть во что-то же нужно верить. Да и Орден не так уж плох, — сказал он, когда вместе с Робертом убирал тренировочное оружие.
— Служака! — подвёл итог Роберт, после чего ему пришлось уворачиваться от подзатыльника…
Несколько следующих дней прошли тише некуда. Николай целыми днями бродил по главному штабу, то и дело, наведываясь ко всем знакомым без разбора. Окружающие продолжали поздравлять его с повышением, но это уже начинало надоедать. Поднятое настроение улетучилось слишком быстро. Группа Фёдора отправилась в инспекцию по штабам, так что обсудить всю эту историю с чашей Гигии было не с кем. Один только Роберт продолжал неустанно болтать о случившемся. Как-то вечером сидя в приёмном зале, он заговорил о пророчестве:
— Слушай, а не слишком рискованно было чашу возвращать? — парень вальяжно устроился на диване. Закинув голову, он смотрел на гигантскую люстру, что свисала с потолка.
— Рискованно? С Камнеедами вообще сражаться рискованно, — Николай искоса посмотрел на друга. Его облик простачка надёжно скрывал острый ум. Он мог посреди шуточного трёпа заговорить о смысле жизни, и это уже давно не удивляло Николая. Хотя сейчас он и не понял, о чём говорит его друг.
— Я не про это. Ты же пророчество слышал?
