«Я был на вечере открытия ночного клуба «Красная дверь» в Редлендсе, который расположен, как я потом узнал, милях в двадцати на юг от Сан-Горгонио. — Репортер Дик Слейтер закурил новую сигарету и снова опустил пальцы на клавиши пишущей машинки. — Я помню, как посмотрел на часы: была полночь. Вот тогда это и стряслось. Я сидел спиной к окну, и впечатление было такое, будто одновременно вспыхнули миллионы ламп-«молний». Был только свет — жуткий белый свет, такой резкий, что в нем невозможно было что-то увидеть. Казалось, что слепящая вспышка убила все живое на земле и даже время остановилось. В тот миг я, конечно, не знал, что источник света находился в двадцати милях, на вершине Сан-Горгонио. Я лишь инстинктивно почувствовал: случилось что-то страшное. Свет был просто нестерпим. Я оглянулся вокруг и выглянул в окно. Небо все еще было освещено так, словно господь бог упразднил ночь.
Я хорошо помню, что все увиденное мною было словно впечатано в огненный фон: кафе «Пеликан», ярко-красный автомобиль, бензозаправочная станция напротив, окружающие горы, которые по мере затухания света становились багряными. Я помню, как выбежал на улицу. И вместе со мной десятки людей. Кто-то закричал, и все мы повернулись к северному восходу.
Там, высоко над холмами, которые отделяли нас от Сан-Горгонио, и даже выше той горы, бурлил чудовищный ярко-красный шар. Раскаленный вихрь стал подниматься в небо, багровея по краям, а затем и в середине. Мы вытаращили глаза, словно младенцы, которые вдруг увидели, как страшный сон становится явью. Припоминаю, кто-то закричал: «Господи, это же атомная бомба!» Я не помню кто. Возможно, даже я сам».
«Мы были в тридцати пяти или, возможно, сорока милях от горы. Знаете, где Твенти-Найн-Палмз? Наверное, все-таки в сорока милях. Конечно же, мы все видели с самого начала. Когда вспыхнул свет, мы были на кухне. Нам показалось, будто весь мир вдруг стал ослепительно белым. Кто-то пронзительно закричал, а когда я немного опомнился, свет уже начал желтеть. Никаких звуков, кроме крика, мы не слышали. Мы выбежали из дома и посмотрели в сторону Лос-Анджелеса. Помню, я сразу подумал: это атомная бомба. То есть атомное нападение, понимаете? На Лос-Анджелес, подумал я. Когда посмотрел в сторону города, я сразу понял: все-таки в самом деле случилось что-то ужасное. Я закричал. Весь небосвод, от края до края, был все еще окрашен в желтый свет, но вот он начал меняться. Свет сначала затрепетал, словно край земли разогрелся до белого каления. Со временем он стал… как бы вам сказать… ослепительно-зеленым, и все время мигал и вспыхивал, постепенно приобретая фиолетовый оттенок. Потом наступила темнота. Но в той темноте проблескивало что-то розовое, и это было ужасно.
Какой-то огромный шар. Блестящий красно-черный шар. Не знаю, как можно было ночью увидеть что-то черное, но я в самом деле видел, хотя и до сего времени этого не пойму. Раз от разу были видны белые и голубые вспышки. Так иногда бывает, знаете, когда смотришь на молнию. Оно поднималось все выше и выше. Потом, минут через четыре-пять после того как мы впервые увидели свет, у нас возникло чувство, будто небо раскололось пополам. Никогда ранее я не слышал такого грохота. Я член охотничьего общества и к трескотне привычен. Но тот грохот… словно ружейный залп, только с тысячекратным усилением. Будто кто-то разодрал небо как раз посредине. И так два раза. Дважды трещало по швам небо, и ни на миг не утихал какой-то приглушенный гул.
Но вот шум затих. Рядом со мной стояла моя подруга, и она рыдала. «Это Хиросима, — сказала она. — Хиросима пришла к нам». За всю свою жизнь никогда не переживал я такого панического страха…»
Он этого ожидал. Страшная усталость сдавила ему сердце и мозг. Бригадному генералу Артуру Шеридану приходилось видеть этот свет раньше. И в свое время он молился, чтобы никогда больше такого не видеть. Из Сан-Франциско, за сотни миль на север от Сан-Горгонио, Шеридан и Роберт Винсент увидели, как мерцающая вспышка осветила небеса. Свет быстро потемнел, превратившись в зеленоватое излучение, которое запульсировало, навевая ужас своим дрожащим мерцанием.
Шеридан выхватил из рук Винсента телефонную трубку.
— Крайдер?.. Черт вас возьми, отвечайте же, Крайдер!
— Я слушаю, генерал. Что случилось? У вас такой тон…
— К чертям мой тон! — заревел Шеридан. — Слушайте меня внимательно и подкрутите хвост на полные обороты. Они не шутили! Атомная бомба только что взорвалась на юге от нас и, именно там, где они и угрожали. На горе Сан-Горгонио. Да. Они подорвали эту дьявольскую штуку.
Обменявшись с Винсентом молниеносными взглядами, Шеридан крикнул в трубку:
— Немедленно вывезите президента из Вашингтона! Его жизнь в опасности. Вывезите его независимо от того, желает он этого или нет.
Передав трубку Винсенту, Шеридан обратился к своему помощнику:
