Керби напрягся всем телом и глубоко вздохнул, чтоб овладеть собой.
— Уже прошло. Извините.
Винсент усмехнулся, что можно было истолковать как извинение, и Керби продолжал:
— Вы же знаете, что компьютеры Управления национальной безопасности должны были исследовать все досье Силбера. Начиная с сорок третьего, когда он был курсантом летного училища. Ну вот… Это был наш единственный шанс, единственный путь, который мог бы привести к тем, кто стоит за всем этим. Но эти кретины, — со злостью выпалил Керби, — только что завалили все дело. Их компьютеры уже были на мази, когда вдруг захотелось осуществить небольшое исследование по личному почину. Черт бы их побрал всех! — Следуя за выражением лица Винсента, Керби продолжал: — Они, видите ли, решили запрограммировать одну из своих машин на проверку собственной безопасности. Ввели в компьютер все, что надо. Вероятность А, вероятность Б и так далее. И знаете, какую чертовщину выдал им их электронный оракул? — Лицо Керби скривилось от нескрываемого отвращения. — Будто именно они составляют одну из главных мишеней во всей стране! Нет, как вам это нравится? Согласно компьютеру они чуть ли не возглавляют список, и поскольку бомба может быть и в Вашингтоне, то именно им угрожает опасность в первую очередь. А так как заменить их, великих программистов, почти невозможно, то они, видите ли, составляют национальное достояние и так далее. Короче говоря, УНБ эвакуировал большинство своих работников вычислительного центра!
Винсент хорошо понимал Керби. Он сам был крайне возмущен. Втайне Винсент возлагал большие надежды на осуществление в УНБ исследования досье Дэвида Силбера, на электронный поиск, который мог бы дать им какой-то реальный ключ к его сообщникам или по крайней мере к тем, кто выдвинул его на роль связного. То, что Силбера избрали на эту роль чисто случайно, слишком маловероятно. С этой точки зрения компьютеры могут оказать огромную помощь — могли бы оказать, подумал Винсент с глухим гневом. И вот теперь Ховинг и его компания выбили почву из-под их ног, лишив единственной надежды выяснить, кого же, собственно, им следует искать.
Время стало их врагом. А кое для кого времени уже не существовало.
Первые жертвы погибли от теплового импульса и сокрушительной ударной волны.
Теперь настал черед ходячих мертвецов.
Черед тех, кто должен стать жертвой радиоактивных осадков, которые распространялись от места взрыва на крыльях сильных ветров, что дуют с Тихого океана. Взрывом срезало всю верхушку Горгонио, и ревущий огненный шар, который поднялся вверх, засосал в свою утробу миллионы тонн радиоактивной пыли и твердых обломков. Теперь эти обломки должны возвратиться на землю по длинной и неопределенной дуге, повсюду сея смерть.
К счастью, преступники, которые подорвали ядерную бомбу и этим подвергли смертельной опасности многомиллионное население Лос-Анджелесской долины, избрали такую точку, взрыв в которой принес не наихудшее из возможных последствий радиоактивного заражения. Обильнейший дождь радиоактивных обломков выпал на землю на территории заповедника Джошуа-Три, где все живое погибло. Полоса заражения была довольно широкой, чтобы обречь на гибель и ближайшие населенные пункты. Взрыв нанес опустошительный удар по городу Палм-Спрингс, где волна сжатого воздуха повыбивала оконные стекла, снесла крыши и разрушила пристройки. Однако сами дома не очень пострадали, и жители Палм-Спрингса поверили, что легко отделались. То была жестокая ошибка. Вскоре на это курортное местечко — знаменитый оазис среди пустыни — выпал густой дождь из твердых частиц, и примерно в час ночи Палм-Спрингс уже был городом мертвецов.
Правда, его жители еще ходили по улицам, обменивались испуганными криками. Кое-кто сумел спрятаться от этого града камней, но они были обречены наравне со всеми другими. Многие бросились бежать в своих автомобилях, но вскоре и они корчились в жестоких спазмах неудержимой рвоты. Немногим посчастливилось дожить до утра. Их тела будут лежать на много миль вокруг города. Эвакуировать их было бы полной бессмыслицей, ибо от неминуемого конца людей отделяло несколько часов.
Никто не мог предвидеть, кого еще овеет этим дыханием безмолвной смерти. Реактивные самолеты сновали во всех направлениях, измеряя степень радиации с помощью чувствительнейших приборов. Большую часть радиоактивности приняла на себя Калифорния и в меньшей степени — Аризона. Но опасные дозы излучения могли поразить людей также в границах широкой полосы, проходившей через штат Нью-Мексико, северная часть которого, включая города Геллап и Санта-Фе, могла получить чувствительный удар уже обессиленного демона. Будут и другие очаги радиации, хотя и не такие смертоносные для живых существ — в границах чуть ли не целого континента.
