Пальцы разжались, прут с заточенным острием жалобно звякнул о бетон.
– У вас десять секунд, чтобы покинуть запретную зону!
Хорс развернулся и что есть сил припустил прочь.
Спина взмокла, он ожидал выстрела, но, похоже, уложился в отпущенный киборгом норматив.
Огюст шумно облегченно выдохнул.
Второй раз киборгов на такую уловку не поймаешь. Их нейросети обучаются при возникновении любой неординарной ситуации. Теперь, если к кораблю приблизится кто-то из обитателей острова, наружу в лучшем случае выйдет один или двое бойцов.
«Но я уже знаю, как открыть доступ внутрь корабля. К тому же команда «Внимание, опасность!» должна сработать, если в поле зрения сканеров не окажется «знакомой» цели».
Сбоку зашелестели ветви кустарника.
Хорс возвращался. Сейчас обязательно обматерит.
«По большому счету теперь все решает группа адмирала Рокотова, – подумал Огюст. – Если они не сумеют раздобыть оружие, никакие манипуляции с системой войскового транспорта не помогут».
Третьи сутки поиска.
Двадцать четыре гиперсферных прыжка, совершенных крейсерами и фрегатами, около сотни – осуществленных силами мобильных разведывательных групп, состоящих из малых кораблей.
Сто четыре разведанные звездные системы, пять мелких стычек с остаточными подразделениями Альянса. Личный состав на пределе усталости.
Результат по эскадре Рокотова – нулевой.
Напряжение возрастает с каждым часом, пилоты аэрокосмических истребителей и экипажи корветов измотаны – как только эскадра входит в границы очередной звездной системы, они тут же уходят в прыжок, следуя вдоль линий напряженности гиперсферы к соседним звездам.
Сканирование, возвращение, короткий отдых, дозаправка и новый прыжок эскадры.
Адмирал Шайгалов устало помассировал веки.
«Ищем иголку в стогу сена, – подумалось ему. – Все перспективные варианты уже отработаны, в следующей точке всплытия необходимо принимать решение – куда прокладывать курс?»
Его мысли нарушил внезапный доклад:
– Получаем данные по экстренному каналу гиперсферной частоты!
Дежурный офицер поста связи произвел необходимые операции, затем обернулся:
– Господин адмирал, дешифрованные данные на вашем терминале.
– Спасибо, Джон. – Шайгалов развернулся вместе с креслом. Аппаратура боевого мостика тесно обступала со всех сторон, но Иван Дмитриевич прекрасно ориентировался среди сложных компьютерных комплексов главного поста управления флагманского крейсера.
Пробежав взглядом по строкам сообщения, Шайгалов ничем не выдал внезапного волнения, хотя понял: трое суток агрессивного изматывающего поиска не пропали зря. Просмотрев данные перехвата, он почувствовал – это ловушка. Силы, хозяйничающие в карантинных секторах Периферии, дали о себе знать. Появление Кьюиганской эскадры кому-то сильно усложнило жизнь, заставив действовать…
В первый момент мысли не сосредоточились на возникшей проблеме, а, напротив, как будто бы прыснули в стороны – внезапно вспомнилась Афина, калейдоскопом дорогих для сердца картин промелькнули годы счастливой спокойной жизни, мысли о жене и сыне выступили на первый план сознания, он представил, как выходят они на берег лазурного океана и…
Чувства отхлынули, кровь отлила от лица, пришла сосредоточенность, словно дорогие, тщательно хранимые в душе образы мгновенно мобилизовали сознание.
– По эскадре – боевая тревога! – Слова приказа прозвучали сухо, отрывисто.
