А еще лучше было бы клонировать одного из лучших, если не лучшего, имперского пилота — барона Сунтира Фела. Да вот проблема — этот разумный находится на базе Империи Руки на Нирауане. И к большому сожалению, или счастью, но координаты Империи Руки мне недоступны. Я рассчитывал на то, что эти данные есть на кодовых цилиндрах Трауна, но ошибся. Чисс не доверял такие данные никакому устройству хранения данных, кроме своей собственной памяти. Которой у меня больше нет. Обидно, конечно. Но, кто знает, если бы сохранилось сознание Трауна, выжило бы мое собственное? Или, по законам жанра попаданцев в другие тела, мы бы стали чем-то новым. Нет, спасибо. Чужие мысли мне не нужны. Траун, пусть и гений, но он опирался на аналитику своего разума. Его мозги — мои. И, в отличие от него, у меня есть знания будущего. Интересный получается вариант — гениальность против посредственности (чего уж тут скрывать?), укрепленной послезнанием. Посмотрим, что из этого получится. Взять корабль и улететь далеко-далеко можно в любой момент. Но этот вариант прибережем на самый крайний случай. Не все еще потеряно для меня и Империи. Просто не все об этом знают.
— Но у нас нет для них кораблей, — резонно заметил Пеллеон. — Сэр, я сомневаюсь, что тот преступный сброд, которому вы наметили встречу в системе Пакууни, в состоянии добыть для нас флот. Не лучше ли попытаться договориться с военачальниками в Глубоком Ядре? Тем более, что им есть что нам предложить. Те же доспехи клонов «Фазы-2»… На черном рынке за полностью исправные комплекты требуют совершенно неприличные деньги. А мы могли бы их сэкономить, заключив союз…
«Давай уже сразу слетаем на Бисс и присягнем Возрожденному Императору Палпатину?», — так и хотелось ответить. Но лучше об этом молчать, иначе Пеллеон, да и другие командиры, не говоря уже об Осколках Империи, реально бросятся туда сломя голову.
— Мы — Империя, капитан, — напомнил я. — Они — не более чем мятежники. Пусть и другого калибра, чем те, что удерживают под контролем Корусант. Предложение присоединиться было им сделано — они его отвергли. Упрашивать и просить кого-либо я не намерен. В свое время мы расправимся и с ними. И попрошу более не поднимать этот вопрос.
— Да, адмирал, — твердо произнес Пеллеон.
Некоторое время я смотрел на экран монитора своего компьютера. Затем, произнес:
— Свяжитесь с нашими людьми в разведке. У меня для них будет ряд заданий.
— Убикторат или…? — уточнил Пеллеон.
— Достаточно будет и нашей собственной флотской разведки, — уточнил я. — Как обстоят дела с системами защиты горы Тантисс?
— Три из четырех реакторов в исправном состоянии, — доложил Пеллеон. — Четвертый нуждается в дорогостоящем ремонте, но по сообщению коменданта, для нормальной деятельности будет достаточно и трех. Как только штурмовики с «Мертвой Головы» выгрузятся, можно будет сказать, что гора полностью под защитой. Однако, помнится, вы говорили о том, что легион штурмовиков на планете — это риск разоблачения.
— На планете — да, — подтвердил я. — Штурмовики и приданная им техника вроде шагоходов АТ-ST и спидербайков будут располагаться внутри горы. Наш покойный Император любезно снабдил свою сокровищницу экранирующими установками, защищающими от сканирования. Так что здесь мы ничем не рискуем. А вот в случае нападения — легион штурмовиков и тяжелая техника окажут достаточное сопротивление любому противнику, чтобы задержать их до подхода главных сил.
— Сэр, быть может, следовало тогда использовать штатный легион, а не собирать по всему флоту? — уточнил Пеллеон. — Фактически, мы лишили наши войска лучших из лучших…
— Так уж и лишили? — поинтересовался я, пристально смотря на Пеллона. Ну же! Это просто! Соображай! Да я ж тебе на блюдечке все рассказал при прошлой нашей встрече!
— Вы клонируете их! — сообразил, наконец, капитан «Химеры».
