Полутьму апартаментов, разгоняемую лишь голограммами предметов искусства, медленно кружащимися под потолком каюты, сопровождала абсолютная тишина. Ни звуков музыки, ни звука работающих компьютеров. Даже дублирующие показания с мостика «Химеры» мониторы, развешанные по стенам, и те сейчас не работали.
Я наслаждался тишиной, прокручивая в голове события последних дней, когда со стороны входной переборки раздался негромкий звук, оповещающий о приходе посетителя.
Не требовалось даже гадать кто это.
Пеллеон выскочил из тамбура так, словно за ним черти гнались. Бросив полный раздражения взгляд в сторону закрывающейся двери, за которой я различил сероватую кожу ногри, командир звездного разрушителя направился прямиком ко мне. Умение хорошо видеть в темноте и сумерках так же хорошо, как и днем, мне откровенно нравилось. Физиология чиссов невероятна. Как жаль, что еще не нашелся подходящий специалист, которому можно было бы доверить изучение собственной ДНК.
— Свежие сводки, сэр, — произнес он, протягивая мне деку.
— Благодарю, капитан, — произнес я, принимая персональное устройство. Бросив на офицера изучающий взгляд, поинтересовался:
— Рукх снова напугал вас, капитан?
— До вашего вчерашнего возвращения он вел себя смирно, — пожаловался Пеллеон. — А сейчас принялся за старое — подкрадывается в темноте.
— Это его работа, капитан, — напомнил я. — И он тренируется подбираться к цели при каждом удобном случае.
— Я был бы признателен, если б он практиковался на ком-то другом, — заявил Пеллеон.
— Вне всякого сомнения, — ответил я пространной фразой. Коснувшись панели на рабочем столе, активировал нарастающий эффект освещения в каюте. Световые панели налились светом, но ровно наполовину, и только лишь для того, чтобы унять нервозность конкретного человека.
Пробежав глазами первое сообщение, почувствовал, как на губах появилась легкая улыбка.
— Значит, у нас появились дополнительные сутки на Хоногре.
— Да, сэр, — подтвердил Пеллеон. — Фей’лиа приказал им дождаться прибытия ботанских ударных крейсеров. Десять единиц. Бой…
— Сражения не будет, капитан, — заявил я. — Флот не в том состоянии, чтобы еще раз преподать противнику урок. Мы уйдем строго по графику.
— Да, сэр, — отрапортовал Пеллеон.
Я пробежался глазами по следующему докладу. Отлично.
— Эскадра генерала Антиллеса прибыла на Лайнури.
— Более того, — произнес Пеллеон. — Они пересеклись с бандой контрабандиста Маззика, который прилетел высвобождать из плена Каррде.
— Судя по данным от наших дроидов из проекта «Моррт», между Маззиком, Каррде и Антиллисом произошел весьма любопытный обмен информацией, — заключил я.
— Да, сэр, — подтвердил Пеллеон. — Теперь и Антиллесу, и «Разбойной эскадрилье» известно ваше имя. Станет непросто.
— Глупости, — заявил я. — Наши люди на базе исполнили свои роли замечательно. Теперь у Антиллеса не останется никаких сомнений в том, что Каррде играет на стороне Империи, выполняет тайные поручения и настолько важен, что его корабль сопровождает целая и единственная эскадрилья TIE-истребителей на Лайнури.
— Проще было бы его убить, сэр, — заметил Пеллеон. — Подобные комбинации… Ведь все вскроется, как только к республиканцам попадет генерал Соло. Они поймут, что переведение стрелок на Креннеля — это лишь мишура для ваших собственных планов.
— Вы плохо понимаете ситуацию, которая в настоящий момент царит в Императорском Дворце на Корусанте, — объявил я. — Мон Мотма использовала лазейку в собственном законодательстве, напрямую подчинив себе как члену Временного Правительства определенные вооруженные силы. До нее этим правом — в отношении «Разбойной эскадрильи» и ряда других подразделений пользовался лишь адмирал Акбар. Но вот беда — он занимал не просто место во Временном Правительстве, но и возглавлял Вооруженные Силы Новой Республики. На его небольшие вольности смотрели сквозь пальцы, потому что он игрался в своей песочнице. Мон Мотма, доведенная до отчаяния политической ситуацией, поставила на кон все, доверившись Антиллесу и Соло. И это вызывает органическое противление со стороны советника Фей’лиа. Будь на его месте любой другой временный командующий, дело не вышло бы за пределы зала заседаний Временного Совета. Но постоянные неудачи и атмосфера бесконечных утечек данных из военного ведомства толкнули Мон Мотму на шаг, который привел к посягательству на власть именно ботана. Подобное они не прощают. Так что, как только вернется генерал Соло, потерявший флот и рассказывающий бездоказательные байки, сыплющий обвинениями в отношении Фей’лиа о его сотрудничестве с перебежчиком Октавианом Грантом, доверие к ней будет подорвано еще у большего количества сенаторов. Ее позиции станут настолько шаткими, что Фей’лиа не составит труда столкнуть ее с трона.
— Если только Соло не продумает этот момент и не промолчит обо всем том, что он знает, — с сомнением произнес Пеллеон.
