— Не так, чтобы очень, — хмыкнул Эйманд. — Возня с пыльными развалинами, ушедшими под землю руинами, беготня по целой планете в поисках какой-нибудь таблички с записями о каком-либо кусочке истории джедаев. Не самое лучшее занятие для джедай-консула. Но через пару лет после своего назначения я смирился с этим. А еще через какое-то время даже нравиться начало.
В голове отчетливо щелкнуло.
Джедай-консул. Он — джедай-консул!
Условно весь Орден делился на джедаев-боевиков, которые участвовали в силовых операциях. Точно не помню какое у них правильное обозначение было. То ли стражи, то ли хранители. Но при этом они именно что упор делали на боевые характеристики.
А вот джедаи-консулы, по задумке своих создателей, представляли собой квинтэссенцию джедая, жизненный путь которого ориентирован на постижение Силы. Это в общих чертах, конечно же. Но помнится в одной из компьютерных игры джедай-консул буквально разрывал противников на куски одной лишь Силой.
Сомневаюсь, конечно, что этот забрак подобное может. Но разве его титул не намек на то, что как раз таки путям Силы — философии джедаев, техникам и тому подобному, он обучен получше джедая-боевика?
Вероятно, что пусть и не имея большого арсенала собственных знаний, этот разумный может мне существенно помочь.
— У меня для вас есть работа, джедай Эйманд, — произнес я.
— Спасибо, я уже на вас поработал, — горько усмехнулся он. — Наш капитан и мой друг убит, мы — кто выжили — в плену, наши корабли реквизированы, а накопленное — отнято. Честно говоря, когда я соглашался работать на вас, думалось, что мы будем в прибытке. А не разгромлены.
— Капитан Тиберос сделал большую ошибку в том, чтобы попытаться вовлечь меня в свои внутренние разборки с «Мстителями Лока», — осадил я джедая.
— Мальчик был в отчаянии, — подал плечами Эйманд. Мальчик? Тиберос — детина под два метра ростом и в плечах шире трамвая. После его абордажей трофейные корабли отмывают от крови и кусков тел несколько часов. Такое себе «дитятко». — Да и вы взялись казнить и судить без понимания ситуации в целом.
— Упрекаете меня за мои действия? — удивился я. Особенно тому, с каким спокойствием этот парень себя ведет. Ведь понимает, что одной команды будет достаточно, чтобы жизнь перестала ему казаться раем. И все равно стоит на своем. Зрелая и взвешенная политика. Этот разумный давно сформировал свое мнение и ему ровным счетом нечего и некому доказывать.
— Ни в коем случае, — заверил он меня. — Просто, если у вас есть время, я хотел бы рассказать историю, которая связывается Нима, «Мстителей Лока» и Тибероса чуть более подробно.
— Капитан Тиберос уже сообщил, что служил под командованием Нима, — произнес я, давая понять, что одну и ту же сказку по десять раз не собираюсь слушать.
— Это так, — согласился Эйманд. — Он рассказал, что его туда привело?
— Уверен, что вы меня просветите в этом моменте.
— Не подумайте, я не собираюсь обелять мальчика, — предупредил Эйманд. — Я знаю его очень хорошо. И вижу с какой яростью в душе он живет. Именно это не позволяет ему принять свое предназначение — стать лучше, чем он есть на самом деле. Раньше он не был таким — рос в любящей семье, мечтал стать гладиатором во Внешнем Кольце. Оора Синг не самая лучшая женщина, но мать — заботливая. Его отец днями и ночами крушил черепа на аренах за хаттские пеггаты. Те чеканы, которые вы может быть видели у Тибероса — точные копии оружия его отца.
— Что произошло с оригинальными? — поинтересовался я.
— Они — трофеи злейшего врага Тибероса, — объяснил Эйманд. — Он вместе с Альянсом организовали нападение на один из имперских транспортов. Родители Тибероса как раз таки летели на нем домой. Когда завязался абордаж, Ним убил отца Тибероса…
Не такой уж и хороший гладиатор из него был, получается.
— Не сложно добить израненного война, скорбящего над трупом своей беременной жены, — словно прочитал мои мысли рыцарь-джедай. Но я знал, что это невозможно — из-за йсаламири.
Выходит, у Тибероса должен был быть маленький братик или сестренка. И их убили… Личное. Вот в чем проблема.
— Убивший его родителей и ребенка — капитан Ним? — уточнил я.
— Лично, — кивнул головой Эйманд. — Но узнали мы об этом слишком поздно. Между ними… Были разногласия. Оора какое-то время работала на Нима киллером. Но когда у нее встал выбор — кто из двух ее ухажеров более достоин стать ее супругом, она выбрала отца Тибероса. Ним был в бешенстве. Оора никогда не отличалась тактичностью и кротким нравом, поэтому ее не заботило то, в какую форму она облекла свой отказ.
— Поясните, — потребовал я. С каждым предложением эта история все занимательнее и занимательнее.
