Грандиозная игра полностью

Хлестко, но справедливо. Джиджи потупилась.

– Я могу помочь. Я уже сказала Брэди…

Брэди переложил меч в левую руку, приподнял лицо Джиджи, заглянул ей в глаза.

– Лучший способ помочь – это молчать. Нокс прав. Они вполне могут отменить игру. Нельзя так рисковать. Если на острове и есть чужак, он вряд ли приблизится к дому – разве что если захочет, чтобы его сцапали. Да и потом… – Он покосился на Нокса. – Если у игры имеется неизвестный спонсор, его цель – выиграть пари с другими богачами, людьми, которые располагают и временем, и деньгами, а не гоняться за кем-то.

– А как же нож… – напомнила Джиджи.

– Нож теперь твой, – сказал Брэди и заглянул ей в глаза. Что-то такое искреннее и отчаянное было в этом взгляде, что девушка вдруг вспомнила его рассказ о маминой собаке, которая делает его счастливым.

Да, мама… Пускай игра продолжается. Утром, когда их команда выберется к причалу и перейдет на следующий этап, Джиджи отыщет способ поговорить с Эйвери наедине, поговорить по душам. Во всём сознается, проследит, чтобы наследница позаботилась о матери Брэди. Пока же…

Пока Джиджи займется тем, ради чего сюда и приехала: продолжит игру.

– Я тут кое о чем подумала, – Джиджи отстранилась от Брэди. – Вернемся к загадке. Лошадка по имени Лилия или Роза – кобыла. По-английски mare.

– Погоди, – прервал ее Нокс, – жучок где?

– Жучок? – переспросила Джиджи и невинно захлопала ресничками.

– Что ты с ним сделала? – строго спросил Нокс, разглядывая ее ладони.

– Спрятала в декольте, рядом с маркером, – Джиджи пожала плечами. – Ладно, декольте – это в моем случае громко сказано, но как еще обозначить это место?

Нокс нахмурился, осклабился.

– А вдруг нас сейчас подслушивают?

Джиджи пожала плечами.

– Чтобы добыть жучок, надо залезть ко мне в декольте. Думаю, никто из вас не пойдет на такое, так что пусть будет как будет.

Брэди склонил голову набок.

– Не надо, – остановил его Нокс, а потом вдруг заговорил удивительно ласковым тоном – во всяком случае, так наверняка ему казалось. – А почему ты хочешь сохранить жучок? Почему бы не уничтожить его – и дело с концом?

Потому что он может понадобиться Ксандру, чтобы отследить его предысторию.

– Потому что не уверена, что кулон предназначался мне. – Стоило Джиджи произнести эти слова, как она осознала, что, возможно, так и есть. – И, само собой, злодей – или злодеи – в общем, человек, который его подсунул, рассчитывает, что мы его уничтожим. А я, хоть и оптимистка, но люблю вставлять палки в колеса, так что фигушки ему!

Брэди призадумался, скрестив руки на груди, посмотрел на Джиджи – внимательно, как на редкую книгу, – и коротко кивнул.

– Да вы что, издеваетесь?! – возмутился Нокс.

– Что ты там говорила про лошадку по имени Лилия или Роуз? Что это кобыла? – Брэди повторил ее недавнее откровение.

– Давайте пробежимся по тексту еще раз, – предложила Джиджи и повернулась к стене. – «Перед паденьем…»

– «…и после центра», – проворчал Нокс.

– «Напротив лошадки…» – продолжил Брэди.

– «В тенистой прохладе» – это намек на темноту, – предположила Джиджи.

– Давайте посмотрим на модификаторы – слова, которые уточняют значение других фраз, – предложил Брэди и прижал ладонь к стене, рядом с первой строчкой. – «Перед». – Он опустил руку на следующую строчку. – «После…»

Джиджи продолжила чтение.

– «Напротив».

– «Перед, после, напротив», – Нокс ругнулся вполголоса. – Нужно найти одно слово.

– Которое может идти перед «падением, то есть перед словом «fall». И перед «кобылой» – mare, и «мраком» – shade!

Ответ нашелся мгновенно.

– Ты была права, детка, – похвалил ее Нокс. – «Хороший» – самый лучший синоним к «неплохому». Good!

– А под центром тут, видимо, подразумевается середина – Mid! – догадалась Джиджи, улыбнувшись так широко, что аж щеки заболели.

Падение – Fall.

Середина – Mid.

Хороший – Good.

Кобыла – Mare.

Мрак – Shade.

Брэди положил руку Джиджи на плечо и улыбнулся – не скромно, не сдержанно, а чарующе, так красиво, что аж земля чуть не ушла из-под ног и дыхание перехватило.

– Это всё твоя заслуга! – сказал он. – Ты и звони!

Волна энергии захлестнула тело Джиджи. Нет, не одна волна, а, кажется, целых десять! Может, причина была в том, что решение нашлось, может, в его улыбке. Как бы там ни было, а она так и пританцовывала на ходу.

А когда подошла к трубке, услышала шепот Нокса за спиной:

– Черт, ты что творишь, Дэниелс?

– Поступаю по-человечески. Советую и тебе как-нибудь попробовать.

Джиджи сняла трубку.

– Ответ – night[15]. Ночь.

«Я делаю это всё – участвую в игре наследницы Хоторнов, иду к победе любой ценой – ради своего отца». Рохан на пару мгновений удалился в свой лабиринт, переступил его порог и нырнул во тьму.

Насколько он знал, отец Саванны Шеффилд Грэйсон почти три года назад исчез – сразу после того, как его начали разыскивать ФБР и Налоговое управление. Сам Рохан считал его трусом, который прожигал свою жизнь, а потом бросил жену и дочерей наедине с этим пламенем.

Однако же… Саванна стала участницей ради отца.