— Лиза, ты слишком сильно преувеличиваешь, — ответил он спокойно, оценивающе оглядывая её. — Кстати, если уж на то пошло… фигура у тебя потрясающая. Ты меня приятно удивила.
Её щеки вновь покраснели, но теперь уже от унижения и злости.
— Ты… ты просто… — её голос дрожал, и она не знала, как ещё выразить своё негодование. — Идиот! Настоящий… мужлан!
Роман ухмыльнулся, словно слышал это не в первый раз.
— Мужлан? Знаешь, это звучит забавно, учитывая, что ты обожала меня оскорблять ещё вчера. Так что, думаю, теперь мы квиты.
Лиза покраснела ещё сильнее, но, увидев его уверенную ухмылку и равнодушие к её возмущению, поняла, что спорить с ним бесполезно. Её охватило странное чувство, в котором было всё — раздражение, смущение и… чуть-чуть симпатии, словно что-то в нём её даже притягивало.
— Ну и прекрасно, — сказала она сквозь стиснутые зубы. — Я уйду отсюда немедленно.
Она попыталась найти свою одежду, но Ветров, лениво потягиваясь, только усмехнулся:
— Пожалуйста, можешь искать сколько угодно, — сказал он, сложив руки за головой и с лёгким интересом наблюдая за её поисками. — Но боюсь, тебе придётся ждать, пока я принесу тебе что-нибудь для выхода на улицу.
Роман лежал, наблюдая, как Лиза, пытаясь закутаться в простыню, яростно ищет свою одежду. Её реакция на утро в чужой квартире, в его постели, была именно такой, как он и предполагал — смесь обиды, злости и смущения. Но в глубине души он чувствовал: что-то в этой картине его забавляло и одновременно притягивало.
— Ты можешь перестать пялиться? — сердито бросила Лиза, заметив его взгляд.
— Не уверен, что хочу, — с ленивой ухмылкой ответил Роман, сложив руки за головой. — Знаешь, есть в тебе что-то… непокорное. И при этом, откровенно говоря, ты умудряешься быть самой смешной девушкой, которую я встречал.
— Смешной? — Лиза вздохнула, поднимая подбородок. — Зато не старый «идеальный» тиран, который считает всех вокруг пешками.
— Опять «старый», — он приподнял бровь, и в его глазах мелькнул озорной блеск. — Напомнить тебе, как вчера, поздно ночью, ты, едва стоя на ногах, пыталась избавиться от своего «прекрасного наряда»? И при этом всё шло… не совсем по плану.
Лиза нахмурилась, не понимая, о чём он говорит.
— Что? О чём ты? Я просто… уснула.
Роман усмехнулся, его голос был полон насмешки:
— Уснула? Да ты полчаса проклинала своё платье, причём на таком языке, что любой пират покраснел бы. Ещё и просила помощи, помнишь? «Чё, помоги» — твои слова.
Её лицо порозовело, и она нахмурилась ещё сильнее.
— Что?! Я бы никогда не попросила тебя… — она осеклась, чувствуя, что, возможно, она и правда сделала что-то подобное.
— О, но ты попросила, и не один раз, — продолжил он, наслаждаясь её смущением. — Вначале ты только ругалась, потом пыталась вылезти из платья сама, и когда, конечно, порвала его, повернулась ко мне и заявила, что тебе нужна помощь. Вот так, прямо и сказала, без стыда.
Лиза чувствовала, как всё больше краснеет. Она смутно помнила что-то подобное, но надеялась, что это был просто сон.
— Это невозможно, — пробормотала она, но её голос дрожал.
— Ага, а потом ты вообще застряла в лифчике, — он с трудом сдерживал смех. — И вместо того чтобы аккуратно его расстегнуть, ты снова обратилась ко мне. «Рома, помоги, чё!» — передразнил он, и на этот раз не сдержался, рассмеявшись. — Ты даже не знаешь, насколько это выглядело… забавно.
— Ты меня передразниваешь? — её глаза блеснули гневом. — Я что, была для тебя представлением, шоу на ночь?
Роман пожал плечами, оставаясь абсолютно невозмутимым.
— Ну, скажем так, я давно не видел такого… спектакля. Правда, в какой-то момент твои трусы неожиданно улетели через всю комнату, и я так и не понял, как тебе это удалось. У тебя, Лиза, явно есть талант к акробатике.
— Это… — Лиза опешила, не находя слов. — Это просто… неприемлемо, Роман!
Он засмеялся ещё громче.
— Ну знаешь, я бы даже сказал, что ты — настоящий ураган, и когда этот ураган выпивает, правила вообще перестают работать.
Она вздохнула, раздражённо отвернувшись.
— Ну конечно, правила! Ты ведь везде и всегда следишь за ними, да? «Господин Идеальный», не забывающий своих уроков дисциплины. Только вот знаешь, — она усмехнулась, видя, как он немного напрягся, — идеальных людей не бывает, Рома. Даже ты можешь делать ошибки и не соответствовать своим высоким стандартам.
Он нахмурился, но подался вперёд, его взгляд был острым, как сталь.
— Ошибки? Ты действительно думаешь, что я мог бы себе их позволить?
— Конечно, ты так думаешь, — съязвила она. — Но ведь ты — человек, как и все остальные, просто привык делать вид, что идеален. Ты даже представить себе не можешь, что где-то тоже можешь не соответствовать.
Он посмотрел на неё с вызовом.
— Тогда, Лиза, на что же я, по-твоему, не соответствую?
Она усмехнулась, её глаза блестели от задора.
— Например, ты опаздываешь. И не пытайся отнекиваться: ты сам знаешь, что уже на несколько минут выбился из графика. А ведь ты так «люто» защищаешь пунктуальность, да?