Эдди старался изо всех сил, но дверь, хоть и не была волшебной, каким-то образом постоянно пропадала из его магического зрения. Странный сплав, он слышал про такие на лекциях в академии. Нужно больше силы, больше концентрации, чтобы одолеть ее. Может быть, если применить сперва артефакт... В Дарри Эдвина учили никогда не использовать недоиследованные артефакты - это может привести к неожиданным и нежелательным последствиям - строго говорили наставники. Но волшебник решил рискнуть и потянулся к шкатулке.
- Эдди, ты уверен, что знаешь, как работает эта древняя штука? - поняв его намерения, забеспокоилась Галатея.
- Ну конечно, что тут может быть сложного. - С показной беспечность произнес он и активировал свой трофей.
Секунда, другая... ничего не произошло, только где-то далеко, на самом краю вселенной, будто звезда вспыхнула новая грань судьбы. Может, её свет отразился на миг в глазах Элитель?
- Эдвин, артефакт действует на тебя, а не на дверь! - испуганно воскликнула светловолосая эльфийка, - он что-то делает с тобой!
Волшебник нетерпеливо ждал, когда его захлестнет волна магии, но вместо этого Рокр и Аристин начали безумно хохотать, Дисимад хмыкнул в усы, а девушки недоуменно уставились на Эдвина.
Понимая, что это не может быть розыгрышем, волшебник перевел взгляд вниз на свои ладони - они изменились. Стали более узкими и изящными. Как и все его тело. Мантия неожиданно стала тесна ему в груди и на бедрах, обвиснув при этом на плечах. О великая мана! Он превратился в женщину! Этого не может быть!
- Ха, ха, ха, вот теперь понятно, почему ему так нравится ходить в юбке, - схватился за живот Аристин.
- Можно я буду называть тебя "Эдвина", а, красотка? - в тон другу веселился варвар.
Красный от стыда и злости волшебник опрометью ринулся к лестнице наверх. Остальные последовали за ним, тем более что идей, как открыть дверь больше не было.
Когда вся компания вышла на улицу, было уже темно. Эдвин почти не разбирая дороги помчался вперед, зацепился за ограду одной из могил подолом мантии и растянулся на земле. Поднимаясь, он заметил, как из склепа, где они только что были, выходит какая-то странная женщина.
Мантия, ставшая теперь слишком длинной, так и норовила задержать волшебника. Будто живая, она цеплялась к каждому кусту по дороге и старалась попасть под ноги, сапоги хлюпали и постоянно сваливались с ног, но все-таки Эдвин добежал до гостиницы первым и тут же ринулся на второй этаж - в свою комнату. На лестнице коварная длинная тряпка все-таки добилась своего - маг снова упал, но быстро поднявшись, добрался, наконец, до заветной двери. Только войдя внутрь и повернув ключ в замке, он позволил себе перевести дыхание. "Этого не может быть, это просто не возможно", - упрямо твердил он, глядя на свои тонкие ладони. Наконец, волшебник собрался с духом и подошел к зеркалу. Из зазеркалья на него испуганными карими глазами смотрела стройная брюнетка. Она немного походила на портреты молодой Эдмиры, но подбородок был острее, скулы - уже, а нос - нос остался таким же, каким и был. Аристократически прямым.
"Ничего так... Я - симпатичная", - Эдвин истерически рассмеялся. Он скинул мантию, придирчиво осмотрел свою новую фигуру, игриво вильнул бедром и рассмеялся ещё громче. Произошедшее было настолько безумным, что просто не могло быть реальным.
"Это - иллюзия, всего лишь качественная иллюзия", - уверенно сказал он сам себе. "Сейчас я её развею и устрою этим идиотам: Аристину и Рорку такое веселье..." Эдвин зловеще ухмыльнулся, полуобнаженная девица в зеркале повторила его гримасу. Не удержавшись, он (или уже она?) скинул с себя всю оставшуюся одежду и осмотрел "себя" ещё более внимательно. "Да уж, точно симпатичная", - окончательно заключил маг. Однако в его фигуре недоставало чего-то очень привычно и очень-очень важного. Маг чуть заметно вздрогнул, подмигнул своему отражению и потянулся к магическому шару.
Сперва Эдвин принялся за школу иллюзий. Не обращая внимания на ни стук в дверь, ни голоса на первом этаже, он творил заклинания одно за другим. После тщательной проверки волшебник так и не обнаружил на себе иллюзий. Тогда он переключился на магию превращения.
Но и от этого толку не было ровным счетом никакого. Эдвин не то, что не смог снять заклятье, он не сумел его даже обнаружить. По всем показателям выходило, что его нынешний облик абсолютно естественен и не имеет никакого отпечатка магии.
- Но должна же быть хоть какая-то ниточка, сбой в построении, - продолжал сражаться с заклинанием волшебник. Но с таким же успехом он мог пытаться пробить головой городские стены. Ничего. Единственным, что указывало на принадлежность Эдди к мужскому роду, была его собственная память.
