– Сомневаюсь, что эта сволочь была телезвездой, – заметил Флеминг и продолжил допрос, предварительно достав пистолет и направив ствол в голову допрашиваемого. – Вот возьму сейчас и пристрелю тебя, дружок. А если твой приятель-горгонец пошевелит хоть пальцем, с ним разберется Этан. Так что выкладывай все, я тебя слушаю.
– Майор, – пролепетал Джефферсон Джерико, с недоумением и мольбой выпучив глаза на офицера, – вы делаете большую ошибку. Я ведь почти не знаю этих обоих. Просто случайно встретился с ними в пути. Послушай, солдатик, – он посмотрел на юного рядового, – я ведь тоже южанин. Я жил там в…
– Заткнись, – перебил его Флеминг. – Этану известно, что горгонцы тебя почему-то оберегают. Зачем тебе нужна их защита?
– Оберегают? Меня? – Джефферсон криво усмехнулся. – Если бы это было так, то не очень-то хорошо они с этим справляются, разве нет?
Дейв внимательно наблюдал за Воупом, который все моргал и моргал без остановки.
– Майор, – сказал он, – мне кажется, надо прикончить сукина сына, и дело с концом. Хлопот будет меньше. Хотите, я это сделаю? Буду только рад.
– Нет, – сказал Этан. – Тем более что вы не знаете, как это сделать.
– А ты что, знаешь?
– Да, – уверенно ответил Этан, и, заглянув в его серебристый глаз, Дейв сразу умолк.
– Я позволил вам задержать себя, – вдруг заговорил Джек-горгонец. – Позволил вам это унижение, но я могу с легкостью освободиться от ваших… веревок. Мальчишка, конечно, может меня уничтожить, но к тому времени вы, так называемый майор, будете уже мертвы.
– Да он просто сумасшедший, – вставил Джефферсон. – Псих. С чего вы взяли, что он горгонец?
– Может, скажешь ему то, что ты говорил мне? – спросил Флеминг мальчика с серебристым глазом.
Этан секунду смотрел на Джеффа Кушмана. Глядя на его изнеженное лицо, едва тронутое испытаниями жестокой войны, мальчик не мог избавиться от чувства, что с именем этого человека что-то не так… что оно у него вымышленное, что этот человек – прожженный лгун и обманщик, причем лжет и обманывает мастерски, что он способен убедить и склонить на свою сторону любого, кто не может видеть синюю защитную сферу, прикрывающую все, что творится у него в голове.
– Мысли горгонца я прочитать могу, – сказал Этан. – Они все видны мне как на ладони.
Он решил попытать счастья и убедить в своих словах и Кушмана.
– Мистер Кушман… ведь на самом деле у вас есть и другое имя, это так?
Джефферсон густо покраснел, стал беспомощно озираться, но вокруг видел только каменные лица и осуждающие взгляды.
– Послушайте, – сказал он, обращаясь ко всем сразу. – Я ведь человек! Я – один из вас! А посмотрите на этого мальчишку и скажите мне, что он такое! Неужели вы станете верить словам какого-то… перекроенного?
– Я знаю, кто вы и что собой представляете, – сказал Этан. – Отрицание этого унижает вас.
– Это же никакой не мальчик! – Джефферсон уже почти кричал, и глаза его переполнял страх. – Я не знаю, что он собой представляет, но он не из наших! Послушайте, послушайте… пожалуйста. – Последнее слово он обратил к майору Флемингу, точнее, к его руке, в которой был зажат пистолет. – Я не хочу, чтобы меня впутывали в это дело, я тут ни при чем! Этот мальчишка нужен не мне!
Горгонец заерзал на своем стуле, и веревки больно впились Джефферсону в руки. Он обратил умоляющий взор на Оливию и Дейва:
– Клянусь Богом, я не хотел принести ему никакого вреда! Мне совершенно все равно, я просто хочу вернуться туда, где был! Обратно к своим близким! Понимаете?
Слова хлынули из него, как поток сквозь прорвавшуюся плотину, он не мог их удержать; казалось, теперь смерти можно ждать с трех сторон: от этого очень странного мальчишки, от горгонца, к которому он привязан веревками, и от майора с пистолетом в руке.
– Меня просто втянули в это дело! – чуть не кричал он. – Меня заставили, я совсем не хотел!
– Заставили что? – грозно спросил майор, и по лицу его было видно, что он уже готов спустить курок.
– Меня заставили…
– Я буду говорить, – заявил вдруг горгонец.
Все замолчали. Джефферсон Джерико смотрел в пол, сердце его бешено колотилось, мысли путались.
Воуп не мог повернуть голову так, чтобы прямо посмотреть на каждого из тех, кто ожидал его слов, и он бесстрастно уставился в стенку:
– Мальчик для нас представляет диковинку. Как это он убивает без оружия? Такого не бывает, такого быть не должно. Но он существует. И мы хотим узнать, каковы его свойства, внутреннее устройство, чем он пользуется. Вы бы делали то же самое, майор, если бы дрались с таким врагом, как мы.
– Мы деремся с вашим врагом, – отозвался Флеминг, – и с вами тоже.
– Вы давно потерпели поражение в войне и с нами, и с нашими врагами. У живых существ вашего вида остался единственный шанс выжить: вы должны подчиниться нам и жить с нами в мире. Так что снимите уже с нас эти узы, майор. Мы заберем мальчишку с собой и будем считать его вашим подарком.
– Черт меня побери! – зарычал Дейв. – Забрать Этана! Да как он смеет!
Воуп помолчал. Потом голова его слегка наклонилась в сторону.
