--Что еще он от тебя хотел? - спросил он, намекая на Садри.
--Пытался убедить меня в том, что... - она осеклась. - Гарри, он знает, кто ты и пытался мне это доказать.
--Знает? - недоверчиво переспросил он.
--Во всяком случае, догадывается и намерен настаивать на своем, - она встала и начала собирать со стола пустые тарелки.
--Но откуда ему стало об этом известно?
--Метрополитен Музей, - объяснила Лилиан. - А потом он просто сопоставил факты.
--Значит, он знает, кто я, - задумчиво проговорил Голдфилд. - И в квартиру мою он тоже уже наверняка наведался.
--Можешь в этом не сомневаться. Садри может что-нибудь там найти?
--Может, - Гарри вздохнул. - И он найдет там то, что ищет.
--Что же делать? - Лилиан присела на стул рядом с ним.
--Пойдем спать, - он провел рукою по ее волосам. - Я не хочу, чтобы ты думала об этом.
--Я не могу об этом не думать, - он приложила его ладонь к губам. - Я не могу не переживать за тебя.
--Малыш, - прошептал он, придвигаясь к ней. - Я решу проблему по имени Рино Садри - вот увидишь! А теперь пошли спать.
Лилиан улыбнулась, понимая, что больше не может сопротивляться его взгляду.
--Мне надо помыть посуду, - слабо возразила она.
--Ладно, - он облизнул губы. - Тогда я тебе в этом помогу.
Рино Садри с видом полководца-завоевателя просматривал отчеты, лежавшие у него на столе. Сидевший в кресле напротив его помощник был белым, как полотно.
--Сэр, я не понимаю... не понимаю... - бормотал он.
--Зато я все понимаю, - победоносным тоном произнес Садри, не отрывая глаз от бумаг. - Так, что у нас тут?.. Ага! Язык, на котором были сделаны записи в тетрадях действительно древнегреческий. Прекрасно! Майки, можешь себе представить программиста, который ведет дневник на этом языке?
--Нет, - Дженкинс сокрушенно вздохнул.
--Слушай, а может это новый язык программирования?! - съязвил Рино. - Этакий греко-македоно-ориентированный, а?
Молодой агент хранил молчание.
--Понятно, - продолжал Садри. - Кстати, наш лингвист уже работает над всеми этими записями, так что скоро мы узнаем, о чем это писал наш друг Гарри... Ладно, пошли дальше. Некоторым блокнотам более двухсот лет, а сделаны они все тем же почерком, правда уже на более современных языках: французском, итальянском и так далее... Майкл?
Дженкинс поднял на него глаза.
--В каком году, ты говорил, родился Гарри Голдфилд?
--В тысяча девятьсот семьдесят шестом, - молодой агент сглотнул ком в горле.
--Я тоже так думал, - Рино кивнул. - Но мы ошиблись! И теперь, боюсь, одному Богу известно, сколько на самом деле лет этому типу.
--Сэр, но такого не может быть! - Майк едва не заплакал.
--Знаю, но в данном случае нам придется абстрагироваться от всего реального, - Садри взял в руки следующий отчет. - Наш эксперт осмотрел все ценности, найденные в сейфе Голдфилда, и заключил, что все они подлинные и принадлежат эпохе Александра Македонского, в частности браслеты царя, его шейные украшения и перстни, - он отложил бумагу. - Я лично проверил каждую вещь, это не контрабанда. Человечество вообще понятия не имело о том, что эти драгоценности сохранились. Ирония судьбы, Майки. Мы даже не можем обвинить Голдфилда в воровстве. Как близкий друг Александра и его хилиарх, Гефестион - законный наследник всех этих богатств.
--Значит, вы все-таки думаете, что он - Гефестион? - со страхом спросил Дженкинс.
--Я в этом уверен, - Рино скрестил руки на груди.
--И что вы собираетесь делать?
--Доложу обо всем начальству, - федеральный агент начал собирать документы со стола.
--А если вам не поверят?
--Что значит, не поверят? - Садри раздраженно посмотрел на помощника. - Как можно не поверить фактам?!
--Но сэр, признайте, не так уж легко согласиться с тем, что человек, который должен был умереть в третьем веке до нашей эры, жив до сих пор. Как вы можете это объяснить?
Рино ответил не сразу.
--Пока никак, - признался он, наконец. - Но я найду ответ и на этот вопрос. Сейчас нам нужно найти Голдфилда и как следует его допросить.
--Думаете, он во всем сознается? - с сомнением спросил Дженкинс.
--Если не сознается, - Садри поднялся, - то мы должны заставить его это сделать.
Сложив все бумаги в папку, он вышел из кабинета и пошел вдоль ярко освещенного коридора. Остановившись перед лифтом и нажав кнопку вызова, он в очередной раз пробежался глазами по бумагам, лежавшим в папке, и остался доволен. Наконец лифт подъехал, и, войдя в кабину, агент нажал номер этажа, где располагался центральный аппарат управления ФБР.
Директор Бюро встретил его холодным скептическим взглядом.
--Присаживайся, - он указал Рино на кресло. - До меня доходят слухи о том, что ты сделал какое-то невероятное открытие. Это правда?
--Почти, - Садри кивнул. - Я хочу, чтобы вы взглянули вот на это.
Он протянул ему папку с отчетами. Директор Бюро взял документы и внимательно просмотрел каждый из них.
--И что? - он поднял взгляд на агента, отложив папку. - Что все это значит?
--Сэр, это значит, что мы имеем дело с очень необычным человеком, - Рино скрестил руки на груди.
--С Гефестионом? - усмехнулся его босс.
