Потому что знаю: я намного лучше других, подумал Джаспер: в два раза лучше, чем Кейбред и в десять раз лучше, чем Тоуби Дженкинс. Я заслуживаю эту работу.
Но он не стал откровенничать с Дейзи Уильямс. Он относился к ней с некоторой осторожностью. Она любила его мать, но не его самого. Когда интервью с Иви появилось в «Экоу» и Джаспер делал вид, будто он обескуражен, ему показалось, что Дейзи не очень-то в это поверила. Он не мог выкинуть из головы тревожную мысль, что она видит его насквозь. Но она относилась к нему с добротой из лучших чувств к его матери.
Сейчас он изложил ей смягченную версию правды.
— Я могу сделать из «Сент-Джулиане ньюс» лучшую газету. Сейчас она похожа на приходской листок. В ней рассказывается, что происходит, но она избегает конфликтов и разногласий. — Он стал придумывать что-нибудь, что соответствует идеалам Дейзи. — Например, в Колледже Святого Юлиана есть правление, некоторые члены которого имеют капиталовложения в ЮАР, которая проводит политику апартеида. Я опубликовал бы эту информацию и спросил бы, как такие люди могут руководить известным либеральным колледжем
— Замечательная идея. — оживилась Дейзи. — Это будет им хорошим уроком.
В кухню вошел Валли Франк. Был уже полдень, но он, вероятно, только что встал, потому что возвращался поздно после рок-н-ролльных концертов.
Дейзи спросила у него:
— Что ты собираешься делать сейчас, когда Дейв в школе?
Валли положил растворимый кофе в чашку.
— Репетировать на гитаре, — ответил он.
Дейзи улыбнулась.
— Если бы твоя мать была здесь, она спросила бы, почему бы тебе не попробовать заработать немного денег.
— Я не хочу зарабатывать деньги. Но я должен. Вот почему у меня есть работа.
Бабушка Валли иногда задавала такие правильные вопросы, что было трудно понять. Дейзи сказала:
— Ты не хочешь иметь деньги, но ты имеешь работу?
— Мою пивные кружки в «Джамп-клубе».
— Молодец!
В дверь позвонили, и через минуту служанка ввела в кухню Хэнка Ремингтона. Он обладал классическим ирландским очарованием: рыжеволосый и улыбчивый.
— Добрый день, миссис Уильямс, сказал он. — Я пришел пригласить вашу дочь на ленч, если им не возражаете.
Женщинам доставляла удовольствие лесть Хэнка.
— Добрый день, Хэнк, — приветливо произнесла Дейзи и потом обратилась к служанке:
— Пойди и сообщи Иви, что здесь мистер Ремингтон.
— Ну вот, я уже мистер, — проговорил Хэнк. — Не делайте из меня респектабельного господина — это подорвет мою репутацию. — Он пожал руку Джасперу. — Иви показала мне вашу статью о Мартине Лютере Кинге. Великолепно. Молодец. — Потом он повернулся к Валли. — Привет. Я — Хэнк Ремингтон.
Несмотря на охвативший Валли благоговейный трепет, он представился:
— Я двоюродный брат Дейва и играю на гитаре в группе «Плам Нелли».
— Ну, как было в Гамбурге?
— Великолепно, пока нас не вытурили из-за того, что Дейву мало лет.
— «Кордс» играли в Гамбурге, — сообщил Хэнк. — Был большой успех. Я родился в Дублине, но рос на Рипербане, если ты знаешь, что я имею в виду.
Хэнк произвел на Джаспера неизгладимое впечатление. Он богат и известен, один из величайших поп-королей в мире, и все же он упорно работает, чтобы им восхищался каждый в этой комнате. Неужели им руководило неодолимое желание нравиться и это — секрет его успеха?
Вошла Иви, выглядела она превосходно. С короткой стрижкой под «Битлз», короткое платье трапециевидной формы от Мэри Куант. Хэнк изобразил изумление на лице.
— В таком наряде я должен повести тебя в какой-нибудь шикарный ресторан, — сказал он. — А я-то собирался пойти в закусочную «Уимпи».
— Куда угодно, только быстро, — отозвалась Иви. — В три тридцать у меня проба.
— Где?
— В новом спектакле «Суд над женщиной». Это судебная драма.
Хэнк с уважением посмотрел на нее.
— У тебя будет сценический дебют!
— Если я получу роль.
— Конечно, получишь. Идем. Мой «мини» припаркован на желтой линии.
Они ушли, и Валли вернулся в свою комнату. Джаспер взглянул на часы — было полпервого. Теперь редактора объявят в любую минуту.
Чтобы продолжить разговор, он сказал:
— Мне понравились Штаты.
— Ты бы хотел там жить? — спросила Дейзи.
— Больше всего на свете. И я хочу работать на телевидении. «Сент-Джулиане ньюс» будет первым шагом, но, в сущности, газеты устарели. Телевизионные новости — вот это да.
— Америка — мой родной дом, — задумчиво заметила Дейзи, — но я нашла любовь в Лондоне.
Зазвонил телефон. Редактора утвердили. Кто он — Джаспер или Тоуби Дженкинс?
Дейзи взяла трубку.
— Да, он здесь, — сказала она и передала трубку Джасперу, у которого колотилось сердце.
Звонил Пит Донеган. Он сказал:
— Назначили Валери Кейкбред.
Сначала Джаспер не понял.
— Что? — спросил он. — Кого?
— Новый редактор «Сент-Джулиане ньюс» — Валери Кейкбред. Сэм Кейкбред оставил место за ней.
— Валери? — Когда Джаспер понял, он был ошеломлен. — Она ничего не писала, кроме всякой чепухи про моду.
И она заваривала чай в журнале «Вог».
— Как они могли сделать такое?
— Понять не могу.
— Я знал, что лорд Джейн — болван, но это…
— Мне приехать к тебе?
— Зачем?
— Чтобы залить наши горести.
— Давай.
Джаспер повесил трубку.
