Официально у нее было задание ТАСС. Неофициально она собиралась разыскать Василия.
Две недели до этого Даниил Антонов подошел к ее столу и потихоньку отдал ей машинописный текст «Во власти стужи».
— «Новый мир» все-таки не может напечатать это, — сказал он. — Брежнев запретил. Ортодоксия — нынешний лозунг.
Таня убрала листы в ящик стола. Она разочаровалась, но была наполовину к этому готова.
— Ты помнишь статьи, которые я написала три года назад о жизни в Сибири? — спросила она.
— Конечно, — ответил он. — Это была одна из наиболее популярных серий, подготовленных нами. Она вызвала волну заявлений от семей, желающих поехать туда.
— Может быть, мне написать продолжение? Поговорить с теми же людьми, расспросить их, как у них складывается жизнь. Взять интервью у новых поселенцев.
— Прекрасная мысль. — Даниил понизил голос. — Ты знаешь, где он?
Значит, он догадался. И неудивительно.
— Нет, — сказала она. — Но я могу выяснить.
Таня все еще жила в Доме правительства. Она с матерью переселилась в большую квартиру дедушки этажом выше после смерти Катерины, чтобы они могли ухаживать за дедом Григорием. Он утверждал, что за ним не нужен никакой уход: он готовил и убирался, когда они с братом Львом жили в одной комнате в санкт-петербургских трущобах и работали на заводе, с гордостью говорил он. На самом деле ему сейчас было семьдесят шесть лет, и он не готовил и не подметал пол со времени революции. В тот вечер Таня спустилась на лифте и постучала в дверь своего брата.
Открыла ей Нина.
— А, — грубо сказала она и ушла вглубь квартиры, оставив дверь открытой. Они с Таней никогда не ладили.
Таня вошла в небольшую прихожую. Из спальни появился Димка. Он улыбнулся, радуясь ее приходу.
— Тишина и покой? — спросила она.
Он взял ключи с небольшого столика и вышел с ней из квартиры, закрыв дверь. Они спустились на лифте и сели на диван в просторном вестибюле.
— Я хочу тебя попросить, чтобы ты разузнал, где находится Василий.
Он покачал головой.
— Нет.
— Почему? — чуть не вскрикнула Таня.
— Мне только что удалось отвертеться от ссылки в Харьков. Я на новом месте. Какое я произведу впечатление, если начну наводить справки о преступнике-диссиденте?
— Мне нужно поговорить с Василием.
— Не вижу причины.
— Представь себе, что он должен чувствовать. Больше года назад истек срок его заключения, а он все еще там. Он находится под страхом, что ему придется там прожить всю оставшуюся жизнь. Мне нужно сказать ему, что мы не забыли о нем.
Димка взял ее за руку.
— Извини меня, Таня. Я знаю, что он небезразличен тебе. Но что за польза от того, что я буду подвергать себя риску?
— Благодаря рассказу «Во власти стужи» он мог бы прославиться как великий писатель. И он пишет о нашей стране, раскрывая все пороки. Я должна сказать ему, чтобы он писал больше.
— Ну и что?
— Ты работаешь в Кремле, ты ничего не можешь изменить. Брежнев никогда не станет проводить реформы коммунизма.
— Я знаю, и это тяготит меня.
— С политикой в этой стране покончено. Теперь наша единственная надежда — литература.
— Что может изменить короткий рассказ?
— Кто знает? Но что еще мы можем сделать? Ну ладно, Димка. Мы всегда не соглашались, нужно ли коммунизм реформировать или ликвидировать, но ни ты, ни я не можем просто так все бросить.
— Я не знаю.
— Выясни, где Василий Енков живет и работает. Скажи, что это нужно для конфиденциального политического доклада, над которым ты работаешь.
Димка вздохнул.
— Ты права, мы не можем просто так все бросить.
— Спасибо.
Он получил информацию двумя днями позже. Василия освободили из лагеря, но по какой-то причине в личном деле не было нового адреса. Однако он работал на электростанции в нескольких километрах от Иркутска. По рекомендации властей ему отказали в проживании в других местах в обозримом будущем.
Таню встретила в аэропорту сотрудница сибирского агентства по трудоустройству — женщина тридцати с лишним лет по имени Ирина. Таня предпочла бы иметь дело с мужчиной. Женщины обладают более развитой интуицией, чем мужчины, Ирина могла бы заподозрить истинную цель Таниного приезда.
— Я думаю, мы могли бы начать с центрального универмага, — с улыбкой предложила Ирина. — Вы знаете, у нас есть много того, что вы не достанете в Москве.
Таня с наигранным энтузиазмом воскликнула:
— Прекрасно!
Ирина привезла ее в город в «Москвиче-410». Таня оставила сумку в гостинице «Центральная», и они отправились в универмаг. Скрывая свое нетерпение, Таня взяла интервью у директора универмага и одной из продавщиц.
Потом она сказала:
— Я хочу поехать на Ченковскую электростанцию.
— А зачем? — удивилась Ирина.
— Я была там прошлый раз, — солгала она, но Ирина этого никогда не узнает. — Одна из моих тем будет о произошедших переменах. Я также надеюсь взять интервью у людей, с которыми встречалась тогда.
— Но руководство электростанции не предупреждало о вашем приезде.
— Ничего. Я не хотела бы отвлекать их от работы. Мы посмотрим, что и как, а потом, во время обеденного перерыва, я поговорю с людьми.
