— Надеюсь, есть и другая жизнь, — произнес он.
— Не имею ни малейшего представления, — сказала Этель. — Прощай, Фиц.
Старик с трудом склонился над креслом-каталкой и поцеловал ее в губы. Выпрямившись, он вымолвил:
— Прощай, Этель.
Дейв покатил кресло-каталку дальше.
Через минуту он спросил;
— Это был граф Фицгерберт?
— Да, — ответила Этель. — Он твой дед.
* * *
Девушки для Валли были единственной проблемой.
Молодые, красивые, сексуальные и пышущие здоровьем, как ему казалось, исключительно по-американски, они десятками рвались в его парадную дверь с желанием отдаться ему. То, что он оставался верен своей любимой девушке в Восточном Берлине, делало его еще более желанным.
— Купите себе дом, — посоветовал Дейв участникам группы. — Когда пузырь лопнет и никому больше не будет нужна «Плам Нелли», по крайней мере, у вас будет где жить.
Валли начинал понимать, что Дейв очень предприимчивый. С тех пор как он создал две компании — «Нелли рекордс» и «Плам паблишинг», группа стала получать много денег. Валли еще не был миллионером, каковым его считали, хотя он им станет, когда начнут поступать процентные отчисления с каждого проданного экземпляра альбома «Для вашего удовольствия сегодня вечером». Между тем он смог наконец купить себе дом.
В начале 1967 года он купил дом в викторианском стиле с полукруглым фасадом в Сан-Франциско на Хейт-стрит рядом с Эшбери. В этом районе недвижимость упала в цене в результате продолжавшейся в течение года борьбы вокруг намечаемого, но так и не осуществленного строительства скоростной магистрали. Низкие цены на жилье привлекли студентов и прочую молодежь, которая создала непринужденную атмосферу, в свою очередь привлекшую музыкантов и артистов. Здесь жили музыканты рок-групп «Грейтфул дед» и «Джефферсон эйрплэйн». Здесь часто попадались на глаза рок-звезды, и Валли мог ходить повсюду как обычный человек.
Дьюары, единственные, кого Валли знал в Сан-Франциско, советовали ему отремонтировать дом и придать ему современный вид. Но он считал, что старомодные сводчатые потолки и деревянная панельная обшивка отлично смотрятся, и сохранил все как было, только выкрасил белой краской.
Он устроил две роскошные ванные и обычную кухню с посудомоечной машиной, купил телевизор и самый современный проигрыватель, в остальном ограничившись простой мебелью. Он разложил ковры и диванные подушки на полированных деревянных полах, в спальнях у него лежали тюфяки и стояли вешалки. Стульев у него не было, за исключением шести табуретов наподобие тех, на которых сидели гитаристы в студиях звукозаписи.
Камерон и Бип Дьюары учились в Беркли, сан-францисском отделении Калифорнийского университета. Кам был чудаком: он одевался как мужчина средних лет и своим консерватизмом превзошел Барри Голдуотера. Бип выглядела вполне современной девушкой, это она познакомила Валли со своими друзьями, некоторые из них жили в ее районе.
Валли жил здесь, когда группа не совершала турне или не записывалась в Лондоне. И тогда большую часть времени он проводил, играя на гитаре. Чтобы играть с непринужденной легкостью, как у него получалось на сцене, требовалось высокое мастерство, и он обязательно хотя бы пару часов репетировал, не пропуская ни дня. После этого он работал над песнями: опробовал аккорды, совмещал фрагменты мелодии, решал, какая в самом деле хороша, а какая нет.
Раз в неделю он писал письма Каролин: Для него составляло большой труд придумывать, о чем писать. Ему казалось бестактным рассказывать о фильмах, концертах, ресторанах, которые никогда не будут ей доступными.
С помощью Вернера он организовал ежемесячную отправку средств для содержания Каролин и Алисы. На скромные суммы в иностранной валюте в Восточной Германии можно было купить многое.
Каролин отвечала один раз в месяц. Она научилась хорошо играть на гитаре, и вместе с Лили они создали дуэт. Они исполняли песни протеста и распространяли пленки с записью своих песен. Иначе ее жизнь казалась бы пустой в сравнении с его жизнью. Большая часть новостей была об Алисе.
Как и большинство живших по соседству людей, Валли не закрывал на замок двери. Друзья и посторонние свободно входили и выходили. Свои любимые гитары он запирал в комнате на верхнем этаже дома. В остальном у него имелось мало чего, что стоило красть. Раз в неделю из соседнего магазина заполняли продуктами его холодильник и шкаф. Гости обслуживали себя сами, а когда заканчивались продукты, он шел в ресторан.
