Кукольное личико блондинки, пышная, полуобнажённая, волнительно дышащая грудь, настороженный взгляд голубых глаз, совсем немного понадобилось Антону Ивановичу для того, чтобы он не смог устоять от соблазна первородного греха и он, без малейшего промедления, стал действовать. Неспеша снял пиджак и швырнул его в сторону, ослабил узел галстука, снял и отправил вслед за пиджаком. Женщина тревожно прижала руки к груди и сделала шаг назад, а в глазах мелькнул страх. Но сигнал стоп в голове у Антона Ивановича не сработал. Он, как маленького ребёнка, подхватил её на руки. Она стала колотить его кулачками по груди, по голове и визжать, затем не менее гневно, возмутилась.
– Отпусти меня немедленно, животное! Я позову на помощь, и сюда прибежит твоя жена!
– Зови. Тебя, всё равно, здесь, никто не услышит, – улыбаясь, великодушно позволил ей Антон Иванович. Её сопротивление, только сильнее возбуждало его.
В какую-то долю секунды он потерял равновесие, и они оба оказались на полу, на ковре. А ещё через несколько мгновений он полностью потерял контроль над собою. Она перестала сопротивляться и начала то ли стонать, то ли нервно рыдать. Он же, овладев телом молодой женщины, тяжело сопел над её ухом, но сам не слышал этого. И неведомо было ему, что всё происходящее у него в кабинете, записывается тремя миниатюрными видеокамерами, работающими синхронно.
Следователь Борисов запланировал вовремя уйти в отпуск, поэтому второй день не вставал из-за рабочего стола, стараясь привести в порядок, накопившиеся документы. Раздался телефонный звонок. Борисов снял трубку. Звонил дежурный офицер из следственного изолятора. Борисов посмотрел на ручные часы. Время приближалось к обеденному перерыву.
– Вадим Александрович, подследственный Ильин просится к тебе на допрос, хочет дать признательные показания.
– Раз просится, значит надо его выслушать. – Борисов положил телефонную трубку на место и задумался.
Полгода тому назад к нему, вечером, явился домой его двоюродный брат Степан Колычев, освободившийся из колонии строгого режима.
– Вадим, выручи, оказался на мели. Нужны деньги, отдам, как только на ноги встану. Не хотел тебя беспокоить, но поверь, больше не к кому обратиться.
– Стёпа, служба собственной безопасности может неправильно расценить мои контакты с тобою.
– Вадим, даже и не надейся, я не планирую проводить у тебя свой уик энд.
– Хорошо, – улыбнулся Борисов, – я тебя выручу, деньги дам. Но ты, в свою очередь, забудь дорогу ко мне.
– Как же тогда, я тебе долг верну?
– Я тебе сообщу сэмээской номер своей кредитной карточки.
Степан, пообещав Вадиму больше к нему домой не приходить, седьмого августа, вечером опять заявился. Он расположился у него в гостиной, как у себя дома. Расселся, как хозяин, в любимом кресле Борисова, поставив рядом дорожную сумку. Благо, что в это время в квартире из домочадцев, никого не было. Жена с дочерью уехали за покупками.
– Вадим, мне необходимо выбраться из города. – Степан достал из дорожной сумки пистолет и положил его на подлокотник кресла.
– Не понял?
– Ты, через посты вывезешь меня за город на своей машине. Твою машину проверять не будут.
– А если я скажу нет?
– Прекрати паясничать. – Степан взял пистолет в правую руку и, не спуская глаз с Борисова, достал из дорожной сумки пачку стодолларовых купюр и бросил её на колени брату. – Там десять штук, можешь не пересчитывать. Когда вывезешь, то получишь ещё столько.
– Эти деньги из сейфа Бегемота?
– Я их выиграл в лотерею.
– Кто убил Бегемота и племянника мэра, ты?
– Не обольщайся, зоне не удалось сделать из меня кровожадного монстра.
– Ты знаешь, кто?
– Братишка, прошу тебя, не своди на нет мою радость от нашей встречи. Очнись, я не у тебя на допросе.
– Хорошо, посиди здесь, я должен переодеться. Не садиться же мне за руль в домашней куртке?
– Я пойду с тобою.
– Опасаешься, что убегу?
– Нет. Думаю, что у тебя в доме есть оружие и не хочу, чтобы ты брал его в руки.
Борисов был готов на всё, лишь бы поскорее выйти из квартиры, чтобы жена и дочь, вернувшись домой, не встретились с Колычевым. То, что это Степан мог убить Жукова и Пруткова и забрать деньги из сейфа, он предположил, когда узнал в начале следствия о том, что тот работал механиком в автосервисе у Бегемота. Но вину Степана необходимо было ещё доказать и не факт, что она будет доказана, а вот вина Ильина была почти доказана.
– Вадим, предупреждаю, будь в пути благоразумным.
– Я что, по-твоему, похож на крутого шерифа из голливудского боевика?
– На шерифа, Вадим, ты как раз и не похож. Ты, похож на себя.
На выезде из города, на посту ГАИ машину остановил инспектор. Борисов специально не включил сигнал поворота. Он узнал молодого лейтенанта.
– Вадим Александрович, у Вас на машине сигнал правого поворота не горит.
– Не может быть, – Борисов включил сигнал и вышел из машины, чтобы посмотреть. Степан тоже вышел из машины и встал так, чтобы удобно было стрелять. Борисов понял, что брат готов дорого заплатить за свободу.
