- Эй, - Протяжно позвала Трилл.
Камень сдвинулся дальше, притягивая к себе остальные. Даже маленькие, те, что под их ногами. Трилл в очередной раз пихнула парня.
- Жди, - Приказал он.
Каменная фигура направилась к ним, замахиваясь ещё не до конца сформированной рукой. Шагающий гигант сзади уже успел собраться в полноценного стража. Каждый шаг отдаётся грохотом. Пугает. Сердце гулко бьётся, но она не слышит его из-за шума. Инстинкт самосохранения требует бежать. Она снова дёргает его капюшон:
- Они нас прибьют!
Но сын старика не слушал вопли девушки, которая ничего не может сделать и даже защититься. Шепчет что-то непонятное, для ушей Трилл, держа перед собой книгу. Страж перед ними остановился. Парень поднял голову, смотря на каменную фигуру в упор, громче выговаривая текст из книги. Рука гиганта опустилась, и он отступил, не желая поддаваться заклинанию. Слегка пошатывался, «приходя в себя». Выглядело так, будто он вот-вот упадёт, вызывая шум и тряску. Но грохотал гигант сзади, решительно двигаясь в их сторону с целью обезвредить нарушителей. Трилл сжалась рядом с парнем, призывала поторопится. Но он начинал заклинание заново, каждый раз повышая голос. Казалось, всё случилось за секунду. Вот приближается второй гигант, замахивается для удара, но рушится на землю, первы, отступая, трясёт каменной головой. Довольный сын старика поднимается, отряхивает штаны. Толстая книга возвращается в рюкзак, а каменная фигура стоит рядом, подчинённая им. Напавший рассыпался от удара.
- Вот и всё, - Улыбнулся парень. – Дело сделано. Осталось чуть подождать.
Трилл неуверенно подошла к гиганту, но он даже не шелохнулся. Стоит рядом с новым хозяином, готовый защищать, а ему придётся. Камни снова собирались вокруг них.
- Объясни, что случилось.
Гарри спешит позади друга. Старается нагнать. Джей-Ди то замедляется, останавливается, чтобы осмотреться, потом снова ускоряется, забывая о медлительном Гарри. Ещё на озере почувствовал неладное. Боль, схожая с мигренью, лишь капелька в море. Чувствительность к лесу, к каждому его кусочку тормозит разум. Впервые такое было, когда Тарани и Трой ушли к границе. Это получилось случайно, как и теперь. После, в трезвом разуме, не сложно было догадаться, что боль появляется, когда стражам вредят. А Гарри не бросал попыток дозваться до друга. Он бы пошёл к учителям или директору, но Джей-Ди не позволил. Первое резкое и грубое «нет». Напомнил, что его ждёт, если даст знать о своих походах в лес. Более того, узнай директор, что Браун знает о хранителе, то боком обернётся обоим. Подобного не случалась, и последствий Джейкоб не знает, но будет неприятно. Как заворожённый, он поднялся по склону. О спутнике умолчал, и Гарри принял это за согласие идти с ним. В отличии от Данбара, плохо ориентируется по лесу, но память красноречиво подсказывает, что он уже был здесь.
Слух ловит женский крик и ужасающий рёв. Земля сотрясается под ногами. И это вызывает дежавю. Что-то подобное уже было. В такой нужный момент сосед плетётся, как улитка, хватаясь за каждое дерево. Браун видит: чем ближе, тем хуже ему становится. Но друг резко выпрямился. Все ужасные звуки и боль пропали. Изменённое нетрезвое состояние отпустило, оставляя жгучий осадок, и Джейкоб смог чётко увидеть спину Брауна, убежавшего вперёд на женский крик.
Гарри, раздвигая ветки высоких кустов, пробрался к бугру. В поле зрения сына старика он попался первым. Довольный скрылся за каменными гигантами, чтобы хранитель его не видел. Но к замешательству привёл второй. Тот выскочил из кустов, спотыкаясь о ветки, как пьяный. По мимике Трилл понял: она их знает.
- Трилл, - Гарри остановился, как вкопанный.
Девушка смотрит на него с мокрыми глазами. Но ему из далека этого не видно. Она не догадалась спрятаться вместе с парнем, чтобы не раскрыться перед хранителем, но уже поздно. Браун заметил её, а сын старика не тянет её прятаться, рискует себя выдать.
- Почему это ты? – Одними губами прошептала она, окружённая послушными стражами. А Гарри принял это за опасность.
Трилл не в силах сдвинуться с места. От чего-то стало так больно. Она смерилась с тем, что вызванные им чувства фальшивые, чужие. Принадлежат его подруге, а она случайно их в себя впитала. Думала, что со временем они растворятся. Ошиблась. Как же она ошиблась. И слёзы горечи это доказали. Плечи тряслись от всхлипов безнадёжности. Браун хотел броситься к ней. Тарани ведь так переживает за сестру. И вот она тут, перед ним и в опасности четырёх неконтролируемых каменных гигантов, стоящих линейкой за её спиной. И даже эта картина его не смутила. Они должны были броситься на неё сразу же. Браун и не задумался о их количестве, как и о том, что они не двигаются. Совсем.
