Мила сидела возле спящего Вовы, курила и смотрела на него. Сегодня она вдруг поняла, что единственный мужчина, который готов защитить ее при любых обстоятельствах — это Царёв.
Отношения с ним пошли куда-то не туда, не так она все планировала.
Мила трахалась с 14 лет. На мажорских вечеринках всякое было. В том числе групповуха, и даже лесби. Глупость, конечно, пьяное любопытство, и только. Никогда не заморачивалась по поводу морали и чувств, даже высмеивала других девок, которые плакали от парней.
Секс, только секс — вот что могли дать парни. Ну и деньги.
Отец затолкал Милу в институт — бросила. Нахрена? Мать без диплома управляет своим салоном, и она так же сможет. Руководить тем, что ей купит папочка или муж. А лучше вообще не работать. Она же красивая, желающих на ее тело и папочкины деньги немало найдется.
С Вовой связалась не только оттого, что он был сынком богача.
Этот валенок сначала ее забавлял — неотесанный, жуть. Смущался в первую ночь. Неопытный. Однако в штанах все оказалось, как Мила любила — хорошего размера. Да и выносливость была на уровне, в постели Вовка был неутомимый. И фигура у парня вполне — сухощавая, но подкачанная, мышцы рельефные, железные.
А когда заставила Володю подстричься, приодела — ну вообще красавец! То есть, лицо как было вырублено топором, так и осталось. Но Миле всегда было плевать на внешность мужиков, смазливые мальчики типа Толика или Никиты ничуть не волновали. Хотя от скуки с этим ублюдком Пановым она время от времени трахалась. Сейчас аж поморщилась, когда вспомнила это.
Так вот, в Царёве она сразу учуяла брутальность. Да, пока ему 18, но уже чувствуется мужик. Да и выглядел он старше мальчиков-попугайчиков ее круга. Те, даже отрастив бороды, не становились такими, как Вовка, у которого из нутра выпирал настоящий взрослый мужчина.
И этот мужчина как-то иначе к ней относился. Не егозил, не бегал за ней на цырлах. Не корчил из себя чего-то там. Отодвигал Милу, когда уходил с головой в учебу, чем страшно бесил. «У меня завтра лаборатория,» — и хоть ты тресни, не поедет к ней, и все.
С другой стороны, без слов затянул в квартире капающий кран. На днях, когда она собралась ехать в шиномонтажку, сменил ее «малышке» колесо. Не дарил подарки, но все равно как-то выражал заботу, что ли.
А сегодня когда он вмазал Панову… за нее…, Мила поняла, что этот молодой мужчина ко всему прочему еще и смелый, и решительный, и готов постоять за ее честь — так, кажется, пишут в любовных романах?
Завибрировал телефон. Кто это в 3 ночи? Девушка подошла к тумбочке и взглянула на экран. Высветилось — «Панов».
Глава 10
Мила раздумывала пару секунд, глядя на экран, потом вышла из спальни и ответила:
— Да.
Из трубки сразу же послышался истерический ор:
— Что, тоже не спишь?! Своего драгоценного Вовика ублажаешь?! Сссука… Он же мне нос сломал, я его урою, гада! Отец его быстренько отправит, куда надо, засужу!..
— Мальчик побежал к папочке. Вот чем ты, Толик, отличаешься от Царёва — тот сам разруливает ситуации, а тебе родители до сих пор сопли подтирают, — тон Милы был холоден и спокоен.
— Ааа, заступаешься за него, — по голосу Панова было похоже, что он все еще пьян, — бегаешь за ним, все мечтаешь о богатом муженьке, — тут Толик хрипло захохотал, — а он ведь никакой не наследник золотых приисков из Якутии. Я на%бал тебя тогда. Хотел, чтоб ты его от Олеськи отвлекла, а то он за ней на привязи ходил. Я Олеську хотел трахнуть, а придурок Царёв мешал. Так что он никто, из райцентра приехал, просчиталась ты, детка! — и Панов бросил трубку.
Мила замерла. Как?.. Вовка — не из богатых? Но ведь он всегда при бабках, платил в кафе, за свои вещи, которые она ему покупала. Да, она заметила, что он прижимистый, но точно не безденежный!
Хотя….. Ну да, жил в общаге, мобила была новая, но не крутая….. Да и сильно-то не ходил в клубы и кафешки, отказывался часто. Подарки Миле не покупал. Теперь понятно почему.
Но подлюга Панов сейчас же всем разболтает, как надул ее, и что Царёв не их круга. И девчонки теперь ее будут троллить, изведут своими подколками — ты своему крестьянину платишь за секс? Или что-то еще в таком роде. И скорее всего, отвернутся, как от прокаженной. Потому что групповушка со своими — это норм, а секс с парнем из «низов» — это кринж кринжовый.
Никто не парится, если парень приведет в их компанию простую девку, потому что телке тусить за счет мужика — нормуль. Хотя все равно Светка и Олеська, которые мутят с Витьком и Никитой, по статусу ниже ее, Милы, и ее гламурных подруг. Это негласно, никто девчонкам слова не скажет, но только пока они при крутых парнях. Если расстанутся, то им можно будет остаться в их тусовке, перейдя к другому чуваку. Иначе — игнор. Никто их не станет больше приглашать вместе отрываться.
И пацаны — если сейчас они спокойно восприняли, что Царёв набил табло Панову, даже, можно сказать, с одобрением отнеслись к этому, то теперь могут воспринять все по-другому. Толик — свой. А Вова теперь вроде как не свой. Чужой, быдло, лузер.
