— И что, что в положении? Токсикоза почти нет. Чувствую я себя нормально. В том-то и дело, что надо поехать к врачу, и потому мне надо домой, чтоб нормально подготовиться. Да и давно меня там не было, надо заказать уборку. И вообще, я соскучилась по своей квартирке, — тон Милы не предполагал возражений.
— Не води машину сама, бери водителя и куда надо — с нам.
— Пап, ну прекращай, а? Если я беременная, это не значит, что я инвалид! — Мила была возмущена. Она действительно соскучилась и по квартире, и по своей "малышке", как она звала красный "Пежо". Водила она аккуратно, и считала, что родитель напрасно волнуется.
— Это сейчас ты нормально себя чувствуешь. А вдруг скакнет давление? Голова закружится? Ничего не знаю. Можешь жить у себя, только будь на связи. Но машину бери с водителем. — Савиных был непреклонен.
— Ну папа!! — Мила бросила вилку на стол.
— Я сказал! — глава семейства поднялся из-за стола и пошел из столовой к себе в кабинет.
— Милая, а чем тебе плох водитель? — мать девушки погладила дочь по плечу. — Зато без риска. И нам так спокойнее.
— Вот именно, вам спокойнее, а мне неудобнее! — Мила выпила сок и тоже собралась уходить. Она была расстроена. С водителем безопаснее, но это опять почти слежка!
Телефон пиликнул — прислал сообщение Роман. "Королева, уже скучаю. как ты там?"
Она ему ответила "Все норм." Подумала, потом дописала "Переезжаю от родителей в свою квартиру".
От ответил тут же: "Береги себя, не напрягайся. Целую тебя всю, моя радость".
Она собиралась и думала о Романе. Беременность как будто сделала ее сильнее. Она уже не растекалась перед мужчиной лужицей, не трепетала от одного его взгляда. Возражала, упрямо отстаивала свою точку зрения. Хотя по-прежнему хотела его, страстно реагировала на прикосновения — интересное положение как будто даже обострило сексуальное желания. Вот и сейчас, вспомнила их последнюю ночь — и заныло в низу живота, и засосало сладко под солнечным плетением.
Рома перед отъездом почему-то перестал возражать против гражданского брака, хотя Мила подозревала, что это неспроста — поди, задумали что-то с папашкой — тот тоже дулся, но молчал.
Мила на самом деле, конечно же, хотела свадьбу, и кольцо с брюликом ей понравилось. И сыночек должен в браке родиться. Но упрямилась. Пусть помучается будущий муж, а то ишь, вздумал то подозревать ее, то соглашаться с дурой-врачихой на аборт. Нет, она заставит Романа поволноваться. Как в искуплении ее волнений и нервов.
Глава 56
Володя подходил к крыльцу института. Замедлил шаг, хотел здесь подождать Олесю, чтобы потом идти на лекции вместе. Мороз был не очень сильный, он даже был без шапки, только накинул капюшон куртки.
На крыльце стояла группка парней. Один из них — самый высокий, обернулся, и Царёв узнал Никиту. Он замер. Как? Ведь парень должен быть в Китае? Он же уехал туда на год, вроде как в модельный бизнес пристроился?
Никита его тоже узнал и кивнул. Что-то сказал парням и подошел к Вове. Протянул руку для приветствия. Ведь раньше они не раз сталкивались на мажорских тусовках, когда Царёв встречался с Милой и сопровождал ее в клубы. Царев чуть помедлил, но руку все же пожал. Не было причин отказывать. Хотя, будь воля Царева, он бы этого Никитку…
— Привет, бро. Как жизнь? Как Милка? — Никита улыбался во все 32 зуба, как на рекламе зубной пасты.
Все ништяк, — сдержанно ответил Вова. — С Милой мы разбежались.
— Вау, о как. — отреагировал красавчик. — Но у меня к тебе вообще-то не о том базар. С тобой же Ярцева учится?
Царёв напрягся. Он прекрасно помнил, как Никита довольно долго обхаживал Олесю, и как потом ходили мерзкие слухи, что этот смазливый тип ее бросил.
— Ну, — процедил он.
Никита не заметил его напряжения и продолжал:
— Как она, ну, вообще? С кем-то встречается сейчас? — мажор пытливо заглянул в глаза Володе.
— Да, у нее есть парень, — процедил сквозь зубы Царёв.
Красивое лицо Никиты исказилось недовольной гримасой.
— И кто такой, знаешь его?
Знаю, — спокойно ответил Вова. — это я
Никита удивленно приподнял брови и смерил Царева с ног до головы:
Ты-ы?!
Вова прищурился и смолчал, не отводя взгляда. И вдруг, будто почувствовал толчок в спину и обернулся — на крыльцо "альма матер" вспорхнула Олеся.
Она улыбалась ему, но потом ее взгляд перешел на Никиту. Ничего не дрогнуло в лице девушки, она лишь как будто немного удивилась.
— Привет! — Олеся легко улыбнулась Цареву и спокойно кивнула Никите, будто они виделись только вчера.
А тот не сводил с девушки пристального взгляда. Олеся взяла Царева под руку и вопросительно уставилась на него:
— Идем? А то опоздаем.
Вова улыбнулся. Очередной раз не мог не восхититься сияющей красотой этой невероятной девушки. За что ему такое счастье? И разве можно ее кому-то уступить? Да он горло выгрызет любому, посягнувшему на нее.
— Иди, Олесь, я сейчас. — и подтолкнул ее к двери.
Девушка перевела взгляд на Никиту, опять на Володю, хотела что-то сказать, но смолчала. И двинулась ко входу. Кто-то из студентов открыл перед ней дверь, она еще раз обернулась, и через мгновение скрылась в здании.
