—…история рода Мон’Штрау и всех семей, входящих или исходящих. А также особые, семейные заклинания, — продолжил вместо меня голем.
— Но если это, действительно, так важно и секретно, то почему недостаточно надежно спрятано?
— Сюда может пройти только живая кровь рода Мон’Штрау. Я не могу попасть внутрь. Никто не сможет, кроме Вас, юная госпожа.
Я облизала пересохшие от волнения губы, забыв обо всем, что со мной приключилось и в том числе о странном признании Рейгана. Сделав уверенный шаг, вступила в темноту. Обратившись к своей магии, я зажгла маленький огонек, свечения которого хватило, чтобы осветить это место. Дрожащими руками, я открыла книгу на первой странице, где был нарисован семейный герб в форме черепа. На следующих двух было изображено дерево с множеством ветвей, которые происходили от основателя рода — Фрэнсиса Мон’Штрау.
Я сфокусировала зрение на самом последнем имени — Мирабель Генриетта Мон’Штрау. Затем перевела взгляд чуть выше — на родителей, а затем на дедушку и бабушку рода Гунвор. Ничего, что могло бы мне подсказать, что именно я должна найти.
Но я должна! И найду.
Я внимательно изучала страницы с биографиями моих прародителей по линии отца — все-таки это древо Мон’Штрау. Когда я дошла до моей мамы — в груди болезненно сжался комок тоски по той, которую я не знала.
Из того, что здесь написано, мне не удалось приподнять завесу тайн. Как мне было уже известно, Вивьен Гунвор в возрасте восемнадцати лет была обвенчана с Кристофером Мон’Штрау, а через год родители поженились. Не знаю, испытывали ли они к друг другу чувства, но мама была выбрана Вальгардом Мон’Штрау, как самая достойная партия для сына. Род Гунвор славился сильной магией и чистотой крови.
Совершенно ничего нового, блин! Я разозлилась на себя за то, что не могу разобраться... не могу узнать правду. Страницу за страницей, абзац за абзацом, я читала. Пока не дошла до раздела семейных заклинаний. Равнодушно пробежалась взглядом по ним, ни на чем не останавливаясь. Я уже хотела закрыть фолиант, как обратила внимание на нечто, под названием — «наложение и снятие блокировки».
Нашла! Отец хотел, чтобы я увидела оригинал древа не для того, чтобы узнать правду, а чтобы воспользоваться заклинанием, которое увенчает успехом мои поиски.
— Керри! Почему ты не сказал о заклинании? Я могу снять с тебя блок, чтобы ты поведал мне все, что тебе известно.
— Простите, госпожа, не понимаю, о чем вы говорите.
Ладно... Раз не понимает — сделаю так, чтобы понял.
Я мысленно прочитала заклинание, ознакамливаясь. Здесь сказано, что при произношении необходимо призвать свою магию и вложить ее в прикосновение к виску того, с кого желаешь снять запрет.
Закрыв глаза, я обратилась к своей магии. На удивление, первой отозвалась светлая, напомнив о себе легким покалыванием. Я постаралась расслабиться настолько, насколько это возможно при данных обстоятельствах.
Выдохнув из легких весь воздух, я на одном дыхании произнесла заклинание, прикоснувшись к покорному слуге. Тоненькая светлая струйка магии просочилась с моих пальцев и проникла в Керригана.
— Керри? — я обеспокоенно обратилась к нему, убирая руку. Голем посмотрел мне прямо в глаза и произнес:
— Я все вспомнил, госпожа. И готов раскрыть Вам эту тайну.
Вернув книгу в укромное место, мы закрыли проход, скрыв все возможные улики. Устроившись поудобнее в кресле прежде, чем начать свой рассказ, слуга наколдовал мне горячий шоколад с волшебным вкусом, а сам сел в кресло напротив, дабы не смущать меня, видимо. Когда же голем приступил к истории давно минувших дней, я внимательно слушала его, впитывая слова, как губка. С каждым новым предложением глаза мои расширялись и расширялись, грозившись превратиться в блюдца.
История на удивление проста и трагична. Конечно же, не обошлось в ней без любви. Вернее будет сказать, что именно любовь и привела нас к этому вечеру, этим обстоятельствам и этому разговору.
Эйдин Гунвор. В девичестве Лориан. Талантливая и подающая большие надежды девушка, с детства была помолвлена с Рэнгволдом Гунвором. Они с дедушкой были ровесниками и хорошо ладили, понимая, какая ответственность лежит на обоих. Несмотря на происхождение из семьи чистокровных некромантов, Эйдин всегда выделялась необычным мышлением. Ей приходилось подавлять свой горячий темперамент, чтобы не накликать на себя и близких беду в виде совета некромантов, которые запросто могли лишить их титула, земель и состояния. Благоразумием девушка обладала в той же мере, что и магической одаренностью.
В те времена совет считал, что девушкам, хоть и сильным некромантам, не место в Академии. Их главная задача — производить на свет сильных наследников. Поэтому об обучении Эйдин вопрос не стоял. Конечно, ей нанимали учителей, обучающих на дому, но, как всем известно, самые лучшие преподают адептам в академиях.
На одном из балов, организованных Мон’Штрау, куда были приглашены Гунворы, а Лориан сопровождали их в качестве будущих сватов, главными гостями были император Мордекайдер Лехтонен, красный дракон, и его свита приближенных.
