Этот роман получил престижнейшую европейскую литературную премию Polar de Cognac как лучший франкоязычный роман 2015 года, а его автор окончательно закрепил за собой репутацию живого классика французского триллера.Вся жизнь Генри — одна сплошная тайна. Его мать и отец, которых он толком не помнит, давным-давно погибли. Приемные родители увезли его на небольшой остров у берегов штата Вашингтон; они запрещают ему выкладывать свои фотографии в «Фейсбуке» и пресекают любые расспросы о его прошлом. А теперь Генри стал главным подозреваемым в убийстве своей девушки — ее нашли мертвой вскоре после того, как молодые люди на глазах у окружающих устроили бурную ссору. У юноши есть объяснение своей странной жизни. Но это совершенно нереальная история…
Вначале это страх.
Страх утонуть.
Страх перед другими — теми, кто меня ненавидит, теми, кто желает разделаться со мной.
А еще страх перед правдой.
Вначале это страх.
Я никогда не вернусь на этот остров. Даже если Дженнифер Лоуренс лично позвонит мне в дверь, умоляя вернуться, и то не сделаю этого.
Вот что я вам скажу с самого начала: то, что я сейчас расскажу вам, может показаться невероятным. Это не какая-нибудь обычная история, так я ему и скажу. Уж что нет, то нет. Это такая гребаная история. Ага,
А теперь, чтобы, как говорится, возбудить у вас аппетит, вот такая картина: рука, которая высовывается из пропасти и тянется к небу, — бледная, с растопыренными пальцами, — после чего окончательно погружается в пучину. Вокруг меня ревет ветер с моря, в лицо хлещет дождь и океанские брызги, пока я плыву и удаляюсь от этой призрачной руки. Я плыву, пытаюсь плыть, волны приподнимают меня, уносят к оконечности острова, я ныряю в трехметровой глубины провалы между волнами и поднимаюсь на пенящиеся верхушки, кашляя, дрожа, наполовину утонувший.
Вначале это страх.
Другое зрелище:
…дом весь в огне, я перед ним на коленях, плача и воя как безумный, и сирены, которые заполняют собой все пространство ночи.
— Сейчас я скажу вам кое-что другое, — говорю я ему. — Я знаю, что вам трудно мне поверить. Честно говоря, я не могу вас в этом винить. И, однако, все именно так и произошло.
В точности так.
Сидя в своем кресле, он смотрит на меня. Своими темными глазами. Он крупный, внушительных размеров. Должно быть, один его пиджак стоит дороже моей машины. Только что он взглянул на часы. Он ничего не говорит. Сколько ему лет? Сорок пять? Пятьдесят?.. Должно быть, он из того типа мужчин, которые нравятся женщинам.
— С чего начать? — спрашиваю я.
— С самого начала, — отвечает он.
Это уже лучше.
— Сколько у меня времени?
— Столько, сколько нужно, Генри.
— Очень хорошо, — киваю я. — Конечно, вы не обязаны мне верить.
Он молчит. Не выражает никаких эмоций. Этот человек — мой отец. Он прав: вернемся туда, где все началось…
…вернемся к самому началу.
Перед началом
Сидя в морском каяке, я внимательно смотрю на завесу тумана. Тишина. Луна освещает воду вокруг меня. Я сдерживаю дыхание. Появляется черный плавник, два, три, четыре — до одиннадцати… Мое сердце начинает биться чаще. Из тумана медленно появляются большие хищники в черно-белых одеяниях, выстроившись в один ряд, будто готовясь к сражению; их плавники рассекают воды, освещаемые полной луной. Я делаю один гребок веслом, затем другой — осторожно — в их направлении.
Кое-что, что нужно знать о косатках
