Гребаная история полностью

– Это обнаружили сегодня, во время… вскрытия, – добавил шеф.

Я почувствовал, что мне сейчас станет плохо. Комната принялась вращаться… Я услышал, как Крюгер орет:

– Ларри!

Дверь открылась.

– Пожалуйста, принеси воды для Генри. Пошевеливайся!

Время каким-то странным образом сократилось. Не прошло и секунды, как я выпил стакан виды, который мне протянули, затем здесь оказался какой-то тип в хирургической маске, скрывающей нижнюю часть лица, держащий в обтянутой перчаткой руке нечто вроде длинного ватного тампона. Он сказал мне открыть рот. Крис Платт тоже был здесь, он стоял, прислонившись к стене и скрестив руки. Я отметил, что не знаю, когда он вошел.

Тип с ватным тампоном скрылся. Я снова закрыл рот.

– Она… она была изнасилована? – наконец нашел я силы произнести.

– Нет.

– Вы… Вы в этом уверены?

– Да.

Беременна… В голове у меня все кипело. Они с Платтом безмолвно обменялись одним из тех своих взглядов, которые меня в прошлый раз так вывели из себя. Затем Крюгер вернулся к своим обязанностям.

– Ты уверен, что она тебе этого не говорила?

– Э… что?

– Она тебе этого не говорила?

Больше всего на свете мне хотелось убежать, заткнуть уши.

– Так я же вам уже это сказал!

– Ладно… хорошо. – Крюгер кивнул. – Ты не спрашиваешь меня, восстановили ли ее расписание?

– Что?

– Ее распорядок дня… Ты же в последний раз видел ее на борту парома?

Заметил ли он мое колебание?

– Да.

Шеф поколебался в свою очередь.

– Есть еще кое-что, – добавил он.

Да что же еще? Ну же, шериф. Мне уже хуже не будет…

– В последнее время она наводила справки о тебе.

Я поднял голову, нахмурившись и по очереди посмотрев на Крюгера и Платта.

– Как это «наводила справки обо мне»? Что вы этим хотите сказать?

– Изучили содержимое ее компьютера, историю всех запросов в поисковой системе, вообще все. Среди последних, которые она ввела, были такие ключевые слова: усыновление, усыновление гей-парой, закон об усыновлении в Техасе… Ведь вы же приехали из Техаса – ты и твои мамы, не так ли?

Я даже не пошевелился.

Я больше ничего не понимал. Наоми беременна. Она наводила справки относительно меня…

Я поднял глаза.

Полицейские ждали… Я кивнул.

– И вот что еще она написала в своем дневнике, – наконец сказал Платт.

Подойдя, он подтолкнул ко мне тетрадь. Открытую. Посреди страницы – единственная фраза, написанная большими, круглыми буквами:

КТО ТАКОЙ ГЕНРИ???

– И что ты собираешься делать? – проквакал Чарли.

– Я собираюсь спросить Даррелла Оутса, что на этой флешке…

– Что ты собираешься делать? – повторили все хором.

– Даже Оутсы не осмелятся убить пятерых подростков разом… – сказал я, пытаясь сам себя в этом убедить. – Особенно если мы заранее сделаем видеозапись: скажем, где мы, и запись автоматом будет отправлена в офис шерифа, если мы вовремя не вернемся и не отменим этого.

– Ты так умеешь? – сказал Джонни.

– Достаточно, если они в это поверят…

– Пять? – переспросил Чарли. – Нас четверо, насколько я знаю.

– С нами идет Шейн Кьюзик.

Услышав это, они окончательно обалдели.

– Генри, ты сдурел! – заключила Кайла. – Я туда не пойду.

– Очень хорошо. Еще кто-нибудь хочет слиться? Подумайте о Наоми, которая, может быть, смотрит на нас, – коварно добавил я.

Я увидел, что Чарли и Джонни опустили головы.

– Когда? – спросил последний.

– Завтра утром. Сегодня у нас пятница. По словам шефа Крюгера, похороны Наоми пройдут в воскресенье. В завтрашней газете будет заметка…

– А если он откажется тебе это говорить?

– Я буду угрожать, что расскажу о сцене, при которой мы присутствовали вчера вечером.

– Они тебя тут же убьют, Генри, – заметил Джонни.

– Не в присутствии троих свидетелей.

Был ли я в этом действительно так уверен? Если Даррелл Оутс участвовал в убийстве Наоми, он без колебаний прихлопнет четверых, которые могут отправить его на стол для смертельной инъекции. Возможно, за тем исключением, что он здесь ни при чем. Даррелл Оутс и Джек Таггерт – два крайне опасных типа, которые не знали других занятий, кроме как быть дилерами, избивать, запугивать, заниматься рэкетом и насиловать. Или…

– Она не была изнасилована, – повторил я. – Мне так сказал шериф.

– Ну, а дальше?

Я наклонился к друзьям:

– Дальше? Что, по-вашему, было дальше, если она попала в руки Даррелла Оутса или Таггерта, одна, ночью; что, вы думаете, эти двое чокнутых ей сделали?

Какое-то время они размышляли.

– Предположим, ты прав, – наконец заговорила Кайла. – Тем не менее эти типы опасны, Генри. Оутсы – настоящие психи, об этом все знают… Ты вправду думаешь, что тебе удастся достучаться до них?

Я кивнул, пытаясь продемонстрировать убежденность, которой мне на самом деле не хватало.

– Кайла права, – рассудительно произнес Джонни. – Эта жуткая семейка, черт… Они же там больные на всю голову! Насильники, грубияны… Туда никто не решается прийти, даже полиция!

– Вы не обязаны идти туда, – пожал я плечами. – Я пойду вдвоем с Шейном.