Однако другие сказители сильнее углубились в историю, детализируя требования Авгия и Эврисфея. Так, по версии Аполлодора, явившийся к Авгию Геракл не стал упоминать о приказе Эврисфея, а попросту предложил тому очистить конюшни в обмен на одну десятую часть всего скота[357]. Авгий согласился, полагая задачу непосильной. Когда же Геракл выполнил свои обязательства по сделке, Авгий от обещания отрекся, утверждая – весьма неубедительно – следующее: поскольку (как он выяснил к этому моменту) Гераклу
Если бы потребовалось выбрать один миф, который наилучшим образом иллюстрирует многогранную природу мифологии, таковым выступило бы сказание о птицах, населявших окруженное горами болото близ города Стимфал в Аркадии. Относительно того, какие неприятности они доставляли, существовали разные мнения. Согласно одному предположению, от невероятного множества птиц страдали местные посевы; согласно другому – они стреляли своими перьями, похожими на стрелы; еще более пугающая версия гласит, что эти пернатые поедали людей[359]. Столь же многообразны способы, какими, по мнению рассказчиков, Геракл справился с напастью. Самый изобретательный из них такой: он спугнул птиц, стоя на вершине горы и производя дьявольский шум при помощи трещотки либо бронзового инструмента вроде кастаньет, изготовленного Гефестом и переданного Гераклу Афиной. Более простая идея состоит в том, что герой перестрелял птиц из лука или использовал пращу.
Кастаньеты божественного происхождения – это деталь, о которой стоит поразмышлять. Жизнь всякого героя походила на ходьбу по канату: ему приходилось каким-то образом приспосабливаться к противоречивым требованиям тех или иных божеств. Сегодня твои успехи сведет на нет гнев Геры или негодование Артемиды; завтра помощь Афины или Гефеста поспособствует новым достижениям. На первый взгляд, с подобной историей сталкиваются и обычные люди в повседневной жизни – в той, которую ведут сказители мифов и их слушатели: если тебе не удалось принести ритуальную жертву одному или нескольким богам, ты сам и вся твоя община непременно ощутите на себе неблагоприятные последствия. Однако заметная разница между мифологией и повседневностью заключается в том, что в мифах вопросы обыденности концентрируются, достигают драматического накала, ярко высвечиваются и заостряются, тем самым делая напряжение сильнее, бедствия – катастрофичнее, достижения – величественнее, а
Геракл и Стимфалийские птицы. Фрагмент римской мозаики из Лирии, близ Валенсии. Первая половина III в. н. э.
Museo Arqueológico Nacional, Madrid. Photo Ángel Martínez Levas.
