– Рандом рандому рознь. Если делать без умения, то можно вообще ядро сгубить и стать инвалидом, а не одаренным. Да и получение нормальной силы случается сильно реже, чем если все делать, как надо. Как несложно догадаться, подсадкой занимается буквально считанное количество специалистов, и нам придется ехать к ним, глубоко в тыл от линии защитных форпостов, – пояснил он.
– А тут так совпало и виновник торжества, и в хороших раскладах, еще и Божий воин, на которого непросто всех собак повесить, замолвит за вас слово. Понятен гешефт. Другой вопрос, что как-то плохо в этом свете выглядит национальная элита, во всяком случае в этой вашей цитадели Смоленск. Не буду касаться других мест. Скорее всего Одержимые все собраны близ этой Мглы. И предположу, что такое обретение силы не прибавляет моральных качеств кандидатам. Это так? – после некоторых размышлений вслух задал ему наконец вопрос напрямую.
Выводы, надо сказать, меня совершенно не радовали. Может быть, тут сложилась ситуация, характерная для предпереворота. Не думаю, что Одержимым нравится, что приказывать им могут и не одаренные. А учитывая, что морально-волевые качества такой элиты вызывают, по крайней мере, сомнения в их качествах, присутствует и у них внутренние сдерживающие факторы от таких действий. Другой вопрос, что этого можно добиться разными путями, к примеру, сделав элиту из обычных людей своими, просто дав тем ядро. Кто же откажется стать, по сути, волшебником? Вот, и думаю, что нет. И тут как раз и выходят на первый план вопросы чести. Меняет преображение систему ценностных ориентиров или человек остается прежним? И если и был раньше с гнильцой, то и потом остался таким. Другой вопрос, в войнах нового времени лучшие всегда гибнут первыми, а приспособленцы выживают. Это не как раньше, трусы побежали, их догнали и перебили, а самые стойкие продолжили сражение, и противник решил, да ну их этих психов, мы пограбить пришли, а не дохнуть, сцепившись с дебилами. Так что мне тоже бы надо сначала поехать и познакомиться с этим миром от первого лица, а не со слов. У этого Соболева тоже свой интерес и не факт, что палку не перегнул.
– Ну, тут я не специалист, – дал он обратный ход, видя, куда мои выводы пошли.
И понять его можно, а ну как все это кому расскажу, кто его, обычного солдата, пусть и офицера, защитит, перед обретшими силу. Рука руку моет обычно.
– Хорошо, в Смоленск, так в Смоленск, но сбор ядер завершим, – согласился, наконец, с его намеком-просьбой, но как всегда, сделал упор на своей меркантильности.
Может статься, такой имидж мне впоследствии пригодится.
– Господа, к нам едет ревизор! – заявил один из военных, явно навеселе, если судить по оттенку лица. Но не настолько, чтобы лыка не вязать, иначе бы это звучало как некое мычание, а не четкая фраза.
– Князь, хватит балагурить! Великая княжна поболее полномочий имеет. Все-таки не каждый день Божий воин из иного мира появляется! – высказался явно председательствующий на этом собрании.
– Понятно, амазонка всея царствующего дома. Ну, хоть цветы все время цвести будут, – опять вставил свои пять копеек не совсем трезвый шутник.
– Вот опять вы, генерал! Вас с вашими шуточками, может, просто обматерят и только, а вот господину Фонвизину предстоящее совсем не кажется смешным. Не так ли? – обратился председательствующий к статному мужчине, уже в возрасте.
Господин, на которого сейчас сместился акцент внимания, выглядел весьма колоритно: седой ежик волос, аккуратная борода, вроде эспаньолка, широкие покатые плечи, мощные руки и толстые сильные пальцы, увешанные перстнями, которые и без магического взора светились словно гирлянда. Нос с горбинкой, острый подбородок и тонкие поджатые губы. Представлял он один из великих смоленских дворянских родов, что значило вовсе не мало.
– Ой, да ладно, уберет, засунет своего сыночка алкаша подальше, и все дела, – откликнулся все тот же шутник.
– Генерал Разумовский, попрошу! – отреагировал на очередной выпад в свою сторону Фонвизин.
– А что не так, что ли? – удивленно спросил все тот же персонаж.
– Мальчик переживает смерть матери! – возмутился его собеседник.
– Ты хотел сказать желобок, или по-русски подрастающий жлоб? Ему сколько лет, чтобы переживать? Привык, что ему все на блюдечке с золотой каемочкой, а активация ядра пошла не по плану, и самый лучший активатор страны не помог, и бешеные деньги за его услуги тоже. Вот и ссыт, что первый бой не переживет, за маму он переживает! – взорвался генерал Разумовский, перестав балагурить.
– Да как ты смеешь?! – выдал, побагровев, Фонвизин.
