Кристиан Грей — успешный бизнесмен, любящий необычные сексуальные игры. Психологическая травма из детства, не давала ему жить полноценной жизнью. Ана ушла, не выдержав его доминантой сущности, но мысли о ней не оставляли Грея даже ночью. Он захотел вернуть ее себе, но в силу вступили новые правила игры. У медали две стороны, страхи Аны нам известны, пришел черед достать скелеты из шкафа мистера Грея. В книге извлечены самые пикантные подробности его желаний и действий, но сможет ли он вернуть и удержать Ану?
Он возвращается. Мама лежит на диване, спит, или ей опять плохо.
Я прячусь на кухне под столом, прижимаюсь к стене, чтобы он меня не заметил. Закрываю лицо руками. Сквозь пальцы вижу маму, ее руку на грязном зеленом пледе. Его огромные ботинки с блестящими пряжками останавливаются напротив нее.
Он бьет маму ремнем. «Вставай! Вставай! Сука драная! Сука! Сука драная! Вставай! Вставай! Вставай!..»
Мама всхлипывает. «Не надо. Пожалуйста, не надо!..» Мама не кричит. Мама свернулась в клубок и прячет лицо.
Я закрываю глаза и затыкаю уши. Тишина. Открываю глаза.
Он поворачивается и топает на кухню. С ремнем в руке. Ищет меня.
Наклоняется и заглядывает под стол. Мне в нос ударяет отвратительная вонь, смесь сигарет и виски. «Вот ты где, гаденыш…»
Он просыпается от леденящего кровь завывания. Господи! Он весь в поту, сердце бешено колотится.
Что за черт?
Он резко садится и трясет головой. Дьявол, они вернулись…Выл он сам. Он делает глубокий вдох, потом медленный выдох, пытаясь успокоиться, выбросить из ноздрей и из памяти запах дешевого бурбона и вонючих сигарет «Кэмел».
Ана согласилась поехать со мной в Портленд, на выставку ее, так называемого, «друга». Это было третьим пунктом моего плана по захвату Стил — стадия реализации.
Мы договорились, что я заеду за ней на работу в семнадцать сорок пять. В половине шестого Тейлор припарковал Ауди у СИП и вышел из машины.
Ожидание тянулось бесконечно. Я проверил свои часы, черт знает в какой раз, они показывали семнадцать сорок четыре. Через мгновение она выйдет.
Я молил бога, чтобы она в последний момент не передумала. Нет, она не должна передумать, потому что хотела поехать на вернисаж к фотографу.
Я нервно поправил свои манжеты и пробежался рукой по волосам.
Я взглянул еще раз на вход в СИП — она появилась в зоне видимости и направилась ко мне. Черт. Весь воздух покинул моё тело, словно его вытянули сильным вакуумом. Я усиленно вздохнул. Она была там — в том платье, которое мне нравилось, а на ногах черные сапоги на высоченных каблуках. Она подошла ближе и в этот момент, по ее внешности, я понял… я точно знал — она страдала также сильно, как и я. Боль пронзила все моё тело.
Ее лицо было бледным, почти прозрачным. Огромные яркие глаза казались потерянными, подчеркнутыми темными кругами под ними… и… она похудела. Черт. Мой шок от ее внешнего вида перерос в ярость.
Она оглянулась на какого-то парня позади нее.
Как только она приблизилась к машине, я почувствовал, как гнев закипел в моей крови. Тейлор открыл дверь, чтобы впустить ее, и она села рядом со мной. В этот момент я уже себя еле сдерживал.
— Когда ты ела в последний раз? — бросил я, как только Тейлор закрыл дверь.
— Привет, Кристиан. Да, я тоже рада тебя видеть.
— Не надо мне сейчас демонстрировать возможности своего дерзкого ротика. Отвечай мне! — она выглядела так, словно ее отчитывали, сидела, уставившись на свои руки, лежащие на коленях. Я был в такой ярости, когда она нерешительно сказала какое-то неубедительное объяснение.
— Эмм… на обед я съела один йогурт. О, и банан.
— Когда ты ела нормально в последний раз?
Она проигнорировала меня и помахала рукой тому ублюдку, который вышел за ней из здания.
— Кто это?
— Мой босс.
Значит это и есть Джек Хайд?! Я мысленно пробежался по личному делу, которое я просмотрел этим утром. Из Детройта. Стипендия Принстона. Начал свой путь с места посыльного в издательстве. А еще, мне показалось странным, что его ассистенты не задерживались у него больше трех месяцев. Я буду за ним следить, и Уэлч узнает о нем больше.
