– Я так испугался, – шепчу я. – Когда к дому подошел Итан, я понял, что кто-то пустил тебя в квартиру. Мы с Тейлором выскочили из машины… Потом я увидел ее там, с тобой – вооруженную. Наверно, я был еле жив от страха. Тебе кто-то угрожал… сбылись мои самые худшие опасения… Я не знал, насколько она переменилась. Не знал, что делать. Не знал, как она будет реагировать на меня… А потом она сама дала мне подсказку; она стала такой покорной. Тут я понял, как мне действовать. – Я очень хочу, чтобы она поняла, почему я так сделал. Я смотрю на нее, но не могу прочитать ничего по ее выражению лица…
– Дальше, – шепчет она.
– Я увидел ее в таком состоянии и понял, что я, возможно, тоже виноват в ее надломе. Ведь она всегда была живой и озорной. Она могла причинить тебе вред. И я был бы виноват в этом. – Эта ужасная картина, когда Лейла стояла, направив на Ану револьвер, не выходит из моей головы.
– Но ведь не причинила же, – шепчет она. – И ты не виноват в ее безумии, Кристиан.
– Я лишь хотел, чтобы ты ушла, – бормочу я. Она все не правильно поняла. – Я хотел, чтобы ты была подальше от опасности, а… Ты. Не. Хотела. Уходить, – шиплю я сквозь стиснутые зубы и разочарованно качаю головой. Я вижу ее вопросительный взгляд.
– Анастейша Стил, вы самая упрямая из женщин, которых я знаю. – Я закрываю глаза и снова качаю головой в недоумении, какой раздражающей она может быть. Мое подсознание начинает затягивать меня обратно. Потом я слышу ее тяжелый вдох. Она еще здесь, но может уйти в любую секунду. Смею ли я надеяться на то, что она останется?
В моей голове, словно на повторе, воспроизвелись ее слова, которые я пропустил мимо ушей, но по какой-то причине, мое подсознание их запомнило: «Я поняла, что недостаточно хороша для тебя. Я испугалась, что надоем тебе, и тогда ты уйдешь, а я окажусь в положении Лейлы, стану тенью. Потому что я люблю тебя, Кристиан, и если ты бросишь меня, то словно солнце погаснет. Я останусь во мраке. Я никуда не хочу убегать. Просто я очень боюсь, что это ты бросишь меня. Я не понимаю, почему ты находишь меня привлекательной. Ты – это ты, а я… Мне просто непонятно. Ты красивый, сексуальный, успешный, добрый, хороший, заботливый и все такое – а я нет. И я не могу делать то, что тебе нравится. Я не могу дать то, что тебе нужно. Разве ты будешь счастлив со мной? Как я смогу тебя удержать? Я никогда не понимала, что ты находишь во мне. А когда увидела тебя с ней, мне все это стало ясно окончательно».
Неужели она правда это сказала, или это очередная игра моего воображения? Я открыл глаза.
– Ты не собиралась сбежать? – спрашиваю я.
– Нет! – устало произнесла она.
Я закрыл глаза и начал дышать глубоко и размеренно, очищаясь от тревоги. Сейчас я испытываю заметное облегчение. Значит это не плод моей фантазии и теперь, я должен сказать ей, что чувствую. Я хочу, чтобы она меня услышала. Я посмотрел на нее.
– Я подумал… Ана. Вот я весь перед тобой… и я весь твой. Что мне сделать, чтобы ты это поняла? Чтобы ты увидела, что я хочу тебя всю, всю целиком, какая ты есть. Что я люблю тебя.
– Я тоже люблю тебя, Кристиан, и видеть тебя вот таким, это… – Ее голос дрогнул и по щекам полились слезы. – Я думала, что сломала тебя.
– Сломала? Меня? Да нет, Ана, как раз наоборот. – Я взял ее за руку. – Ты указываешь мне правильную линию жизни, – шепчу я и целую ее пальцы, потом прижимаю свою ладонь к ее. У нее такая нежная кожа. Я хочу доказать ей, что она очень много для меня значит. Как для меня драгоценны ее сладкие прикосновения и я знаю, что есть только один способ… я должен это сделать, и неважно, что это будет очень тяжело для меня. Я делаю глубокий вдох и собираю в кулак все свои силы, чтобы позволить ей прикоснуться к себе. По-настоящему коснуться меня. Я беру ее руку, осторожно притягиваю к себе и кладу на свою грудь, чуть выше сердца. На это уйдут все мои силы, я глубоко дышу... Мое подсознание привыкло на боль отвечать злостью, поэтому я очень хочу откинуть ее руку подальше от себя, но я не должен этого делать. Я должен подавить свою ярость, ради нее.
Это Ана. Все хорошо. Успокойся Грей. Это Ана. Ее прикосновение – это лучшее лекарство для тебя, оно тебя исцелит. Спокойно. Дыши глубоко, Грей.
Я повторяю эти слова в своей голове снова и снова, и постепенно я чувствую, что могу отпустить свою руку, оставив ее руку на моей запретной зоне. Мое сердце отбивает лихорадочный ритм. Я задерживаю дыхание, когда она слегка сгибает пальцы. Она смотрит на меня с беспокойством. Она волнуется, потому что моя милая Ана понимает, какие мучения приносят мне любые прикосновения. Потом она решает убрать свою руку.
– Нет, – тут же говорю я и снова накрываю ее руку своей ладонью. – Не надо.
Я остро жажду этого контакта между нами. Я должен преодолеть свою фобию ради нее.
«Я хочу прикасаться к тебе. Очень-очень хочу. Я страдаю, когда вижу тебя таким… Кристиан, я очень люблю тебя.» – ее слова эхом звучат в моей голове, которые она сказала мне в отеле.
