– Нет, я делаю это, потому что наконец-то встретил ту, с которой хотел бы провести остаток жизни. Я никогда не думал, что со мной случится такое. – И это правда, от всего сердца, которое принадлежит и будет принадлежать только ей.
– Можно я подумаю над этим… пожалуйста? И обдумаю все остальное, что происходило сегодня? Что ты мне недавно сказал? Ты просил терпения и веры. Теперь я возвращаю твою просьбу, Грей.
Я должен признать, что у нас действительно был очень сложный день. Она была очень сильной и смелой, даже после того, как я открыл ей свой секрет. Она удивительная женщина. Если ей так нужно, то я буду ждать, сколько потребуется, пока она не скажет «да».
– Что ж, ладно. – сказал я и заправил выбившуюся прядь ей за ухо, а потом быстро ее поцеловал. Она сказала о романтике… – Не очень романтично, да? Сердечки и цветочки? – спрашиваю я.
Она кивает мне с застенчивой улыбкой. Я сделаю все, чтобы она сказала мне «да». У меня, как раз будет время, чтобы придумать самое романтичное предложение руки и сердца, которое только было в истории человечества, потому что эта девушка – любовь всей моей жизни, она заслуживает этого. Я куплю ей обручальное кольцо с самым большим бриллиантом, которое смогу найти.
– Голодная?
– Да.
– Ты ничего не ела.
– Ничего не ела. – Она присела на корточки и устало посмотрела на меня. – Меня вышвырнули из квартиры, а до этого я стала свидетельницей того, как мой бойфренд интимно общается со своей экс-сабой. Все это отбило у меня аппетит.
Я встаю на ноги и подаю ей руку, чтобы помочь ей подняться.
– Давай-ка я приготовлю тебе что-нибудь поесть, – говорю я.
– Может, я сразу лягу в постель? – устало бормочет она и подает мне руку.
– Нет, ты должна поесть. Пойдем.
Я повел ее на кухню и посадил на барный табурет. Я открыл холодильник, пытаясь найти там что-нибудь вкусненькое. Я предлагал ей все, что видел, но она настойчиво говорила мне, что ничего не хочет. Но меня это не устраивает. Она и правда ничего не ела и я просто не могу позволить, чтобы она легла спать голодной. И тут я заметил контейнер, в котором были макароны с сыром. Она была удивлена, что это моя любимая еда, и я готов был пуститься в пляс, когда она согласилась их поесть. Я быстро отправил контейнер в микроволновку и поставил на стойку тарелки, столовые приборы и салфетки.
– Очень поздно, – недовольно бурчит она.
– Не ходи завтра на работу.
– Мне надо там быть. Завтра мой босс отправляется в Нью-Йорк.
Кстати об этом, она мне ничего не ответила на мое предложение поехать туда со мной в эти выходные.
– Ты хочешь поехать туда в эти выходные?
– Я смотрела прогноз погоды; похоже, там будут дожди, – сказала она, отрицательно качая головой.
– А что ты хочешь делать? – Я хочу подарить ей незабываемые выходные.
Микроволновка писком извещает, что наш ужин разогрет.
– Сейчас я просто хочу прожить спокойно завтрашний день. Вся эта суета… утомительна.
Я поставил белый контейнер между нашими тарелками и сел рядом с ней.
Сейчас я должен извиниться, за весь кошмар, который она пережила из-за меня. Я виноват в том, что Лейла напала на нее. И мне из-за этого не по себе. Как бы я не оберегал ее, она все равно попалась в ловушку.
– Прости, что так получилось с Лейлой, – пробормотал я.
– Почему ты извиняешься? – она разложила макароны по тарелкам и теперь с аппетитом ест.
– Представляю, какой это был для тебя шок, когда ты увидела ее в своей квартире. А ведь Тейлор проверял ее перед этим. Он очень огорчен.
– Я не виню Тейлора.
– Я тоже. Он искал тебя весь вечер. – Мне очень любопытно, где она пропадала все это время с этим плейбоем.
– Правда? Почему?
– Я не знал, где ты. Ведь ты оставила сумочку и телефон в машине. Я не мог тебя отыскать. Где ты была? – спрашиваю я.
– Мы с Итаном пошли в бар на другой стороне улицы. Оттуда я наблюдала за происходящим.
– Понятно. – Мне неприятна мысль, что она предпочла сидеть с ним в баре, чем сделать так, как я сказал. Но я не могу сейчас продолжать эту тему, я и так сегодня несколько раз прошелся по лезвию ножа, с меня на сегодня хватит, да и с нее тоже.
– Так что же ты делал с Лейлой в квартире? – спрашивает ласково она. Но в ее словах я слышу зловещий подтекст. Что она сейчас хочет от меня услышать? Я не уверен, что это подходящая тема для разговора, по крайней мере сегодня.
– Ты действительно хочешь это знать? – когда я задал этот вопрос, она как-то странно на меня взглянула. Я еще никогда не видел такого выражения лица. О чем она сейчас думает? Что я мог с ней делать, по ее мнению?
– Да, – неуверенно прошептала она. Я тоже не уверен, что ей нужно это знать, но раз ей так нужно знать, скажу.
– Мы говорили, и я искупал ее. – ее глаза в ужасе расширились – И я одел ее в твою одежду. Надеюсь, ты не возражаешь. Но она была такая грязная. – быстро добавил я, чтобы она ничего такого не успела подумать. Ана замолчала и перевела взгляд на свою тарелку. Мне показалось, или ее сейчас стошнит? Она тяжело вздыхает.
– Это было все, что я мог сделать, Ана, – мягко говорю я.
– Ты все-таки испытываешь к ней что-то?
